Муравейник. Дилогия

В декабре Грузин, гоняя пьяным на «БМВ», попал в аварию, получил тяжелые травмы и несколько недель находился в коме. Я знала это из рассказов приятелей, сама же его не навещала. Мне было плевать, как он и выживет ли вообще. А потом эта тварь проснулась… Бог услышал меня и так просто не отпустил Грузина. Митя остался инвалидом на всю жизнь и приехал из больницы на коляске.

«Мучайся, падла! Страдай… И вспоминай свой "БМВ" и меня в страшных снах», – думала я.

Окружающие от трагедии были в шоке, в том числе и Владик, на свиданку в тюрьму к которому я сходила один только раз.

Он увидел меня и даже не стал слушать.

– Лоя, в кого ты превратилась? Посмотри на себя.

Я не поняла его претензий.

– Подстриглась немного, и что с того? Волосы отрастут, не волнуйся, – успокоила я его. – Лучше расскажи, как ты?

– Я не об этом, – грустно прошептал Влад. – Ты другая, совсем не та Лоя, которую я знал, – он произнес это так холодно, а потом замолчал.

– А ты?! – закричала я. – Ты же убил человека, понимаешь? Это, по-твоему, нормально? Влад, чем ты думал, когда бил его?! – я разрыдалась и стала размазывать слезы по лицу.

Влад продолжал молчать.

– Да скажи ты хоть что-нибудь, Влад, – умоляла я друга.

– Я любил тебя, Лоя, – ту, прежнюю. Что бы ты сделала на моем месте?

Теперь замолчала я и, всхлипывая, продолжала слушать.

Влад опустил глаза в пол.

– Не жди меня, слышишь… Я вряд ли скоро отсюда выйду. И знай, ты не виновата. Это мой грех, и мне же нести за него наказание, – его лицо залилось краской.

– Ты с ума сошел? – в растерянности я приподняла плечи.

– Лоя, ты не поняла. В моих глазах ты – друг, но уже какая-то падшая, жалкая девушка, которая теперь мне не ровня. Я никогда не смогу через это переступить. Прощай…

Мне казалось, что я ослышалась. Но нет – Влад говорил без эмоций и серьезно.

– До свидания… – ответила я ему, но так больше и не пришла.

Черное море унесло с собой все: приятные мгновения моей жизни, воспоминания, слезы, печаль и тоску.

Я рыдала еще долго, наблюдая за бурлящей пеной, которой покрывают волны гальку на побережье. Перед глазами стояла бабушка: наши посиделки на кухне за чашкой травяного чая, душевные разговоры и теплые минуты, проведенные рядом с ней. Мысленно я возвращалась в день знакомства с Владом, ворошила прошлое, горевала… А потом плюнула на все, продала квартиру в Анапе и решила сбежать от этого ужаса, начать все с чистого листа. Единственным знакомым мне городом был Питер.