Стрекот муравья

У них строгие правила жизни, к которым не все готовы. Например, они открещиваются от своей семьи: забывают о ней навсегда и никогда не навещают родителей, жен, детей… Делают это для безопасности своих же близких, а не ради пафоса или галочки «выполнено». К тому же увидеть настоящего вора в законе, раскинувшего пальцы веером, разъезжающего на спортивной тачке, сорящего деньгами направо и налево где-нибудь в Тбилиси или Анапе, вообще нереально. Ха-ха, у них просто есть дела поважнее.

Так что, конечно, Резо не был вором в законе, но с криминалом держал крепкую связь.

Он брал на себя всякую мелкую работенку вроде сбора дани, например, и через третьих лиц выполнял поручения приближенных к «законным» верхушкам лиц. В подробности двоюродный брат меня не погружал, но один раз я стал свидетелем неприятной сцены, после которой понял, что с Резо лучше всегда дружить, не отказывать ему ни в чем, а характер свой засунуть в одно место.

В том клубе мне понравилась одна девушка. Пухлые губы, огромные карие глаза, смуглая кожа, пышная грудь… Она весь вечер искоса поглядывала на меня и перешептывалась с подружкой, будто требуя моего внимания.

Пару раз я потанцевал с ней и все на этом. Меня смущали несколько амбалов, которые постоянно оказывались рядом с нами, стоило мне приблизиться к красавице.

Через пару дней на улице я встретил одного из этих чмырей. Точнее, он сам меня выследил и хорошенько отмутозил. После его ударов у меня в голове сутки колокола звенели, адски болел живот и заплыл один глаз.

Оказалось, что этот перец – родной брат той цыпочки из клуба. Ему очень не понравилось, что после танцев с его сестрой я о ней напрочь забыл и жениться на кавказской принцессе даже не собирался. То, что я русский и у нас после нескольких танцев девушек замуж не зовут, его мало волновало. Он просто навалял мне как следует и бросил помирать посреди улицы.

Когда я добрался до дома и тетя Манана обработала мои раны, Резо сделал пару звонков. Затем усадил меня в свою тачку и куда-то повез.

Всю дорогу я ныл. Простите за подробности, но задница у меня болела не меньше живота.

– Гаудзло! Катси кхар! (Терпи! Ты же мужик!) – орал на меня брат.

Потом мы приехали на дядькино кладбище и дошли до одной из пустых ям, которую я своими руками раскапывал еще до праздников. А в ней…

– Твою мать! Резо, какого черта?! – я чуть не обделался от неожиданности.

На дне валялся тот самый амбал, который меня избил.