Фейт

Возможно, это новое секретное оружие по выведению противника из строя? Используя эту интонацию, он мог бы пообещать, что не причинит мне зла, и я бы непременно восприняла эту фразу как открытую угрозу и призыв к незамедлительному действию, а именно, к бегу.

Опустив всякие объяснения, я бросилась наутек.

* * *

Несколько дней я была паинькой, постоянно опасаясь наказания за содеянное. Но вскоре, убедившись, что все сошло мне с рук, меня снова потянуло на поиски приключений. Поздним вечером я спустилась на первый этаж.

Выждав, пока коридор опустеет, я сняла решетку с вентиляционного люка и нырнула вглубь. Затем потянула за веревку, которую предусмотрительно привязала к решетке, до тех пор, пока люк не закрылся за мной. Проход оказался очень узким, и будь я немного толще, могла бы и застрять. Вот смеху-то было бы! Но, как выяснилось, самое неприятное и обидное подстерегало меня впереди: все вентиляционные туннели время от времени преграждались решетками, закрепленными намертво.

«В следующий раз захвачу отвертку и демонтирую все к чертям!» – попыталась утешить себя я, когда стало ясно, что очередная «вылазка» не увенчалась успехом. Развернуться в тесном туннеле не представлялось возможным, поэтому приходилось ориентироваться по интуиции. Уже было довольно поздно, и вряд ли кто-то гулял в темноте вдоль пустых аудиторий, но я все же прислушалась. Тишина. Лишь где-то вдали приглушенно гудел робот-уборщик. Его можно было не опасаться: уборщики совершенно безмозглые машины (хотя не исключено, что в БСР они могут быть оснащены камерами).

Я ногами отодвинула люк, придерживая его за веревку, чтобы он не упал с грохотом на пол, и принялась выбираться. Каково же было мое удивление, когда я увидела силуэт. Деймон Борн стоял, прислонившись к стене, словно мы условились здесь встретиться. Более того, ни единый мускул на его лице не дрогнул, выдавая изумление. Можно подумать, он и сам так делает: чтобы не мешкать, вызывая лифт, ныряет в вентиляцию и ползком добирается до нужного места, а сейчас просто терпеливо ожидает своей очереди.

Должно быть, его здорово позабавила наблюдаемая картина: из люка вылез сначала мой зад, а потом уже моя голова. Меня охватил стыд. Я почувствовала себя проказливым ребенком, которому сейчас зададут порку.

Но куратор никак не прокомментировал ни мое поведение, ни свое появление. Вместо этого он молча отконвоировал меня до развилки, которая вела в жилые комнаты.