Я и ты

Губы не очень полные, чувственные… Интересно, если откинуть всё, что я о нем думаю, хотела бы я его поцеловать? Я задумалась об этом, давно перестав его слушать. Я только смотрела на его рот, шевеление губ и думала об этом.

– Ерофеева! – возмущенно крикнул Нестер и, наконец, удостоил меня недовольным взглядом, – вы где витаете?!

Я очнулась и стыдливо опустила глаза. «Да, я думаю, я хотела бы», – ответила я сама себе.

– Простите, – прошептала я, пытаясь вспомнить, о чём он спрашивал меня.

– Так, ладно! На сегодня, ваши отработки подведем к концу, у меня ещё дела.

С натяжкой зачту, так и быть. Готовьте там темы ещё, только не две, как в этот раз.

Тимур Алексеевич даже как будто повеселел от того, что он, наконец, отделался от меня и стал быстро собираться. Я же тоже вроде как была рада, но его губы теперь не давали мне покоя.

– До свидания, – сказала я.

– До свидания, – поспешно ответил он, собирая нужные вещи в свою сумку, не глядя на меня.

Я встала со стула и пошла к двери.

Мне почему-то показалась, что он в этот момент проводил меня взглядом в спину. Но я не посмела оглянуться. Страх был сильнее меня.

Домой я вернулась никакая, на мне не было лица, и я мучилась от головной боли. Ты встретила меня у дверей с расспросами, уже успев прийти в себя после похода к Курдеко.

– Прости, я в душ смыть с себя этот невыносимый день, – промямлила я и, бросив свою сумку в коридоре, сразу направилась в ванную.

– Давай, я приготовила обед в духовке.

– Это замечательно.

После душа я переоделась в домашнее и стала чувствовать себя гораздо лучше, я пришла на кухню, где ты уже красиво разложила по тарелкам обед. И только сейчас я поняла, насколько голодна.

За едой я начала расспрашивать тебя, что произошло в кабинете с Курдеко.

– Ты представляешь…Только обещай не ёрничать по этому поводу, – сначала предупредила ты меня.

– Ладно-ладно, у меня даже нет предположений.

– Дело в том, что я у него не единственная, кто будет выступать на конференции.

Есть еще Иванова, не менее способная, – задето произнесла ты.

– Угу, – промычала я, уплетая обед.

– Что, угу? То есть? Думаешь, в этом ничего особенного?

– Извини, я немного опустошенна после сама знаешь кого… Если честно, я думаю, его отношение к тебе не изменилось, такое же научно-познавательное, а вот ты откровенно ревнуешь.

– Я? – ты фальшиво удивилась.

– Ну да, а теперь ты будешь стараться быть не хуже этой Ивановой.