Я и ты

– Ты так кричишь, что он со страху спрятался от тебя, – подшутила ты. – Возьми другие носки.

– Я хочу белые, потому что у меня белые кеды.

– Надень босоножки, и вопрос носков отпадет.

Пришлось так и сделать, потому что мы уже опаздывали. Ты надела летнее платье и туфли, сверху короткую джинсовую куртку. Я надела узкие джинсы и светлую однотонную рубашку.

Две лекции прошли без происшествий, ты на них клевала носом, все же бессонные ночи дали о себе знать. Да и я скучала на парах, за окном была прекрасная погода, и совсем не хотелось сидеть в помещении.

После занятий мы направились по кабинетам наших преподавателей. Я уже морально готовилась, что сейчас его не будет на месте и мне придется ждать его неопределенное время. Но кабинет оказался открыт, и как только я его увидела, приоткрыв дверь, меня тут же охватил парализующий страх, мой спокойный мир был вмиг нарушен. Я несмело вошла, беззвучно прикрыла за собой дверь и робко поздоровалась.

Тимур Алексеевич был один, он стоял возле шкафа и, по-видимому, искал там что-то, перебирая книгу за книгой. Не отрываясь от дела, он сказал:

– Я вас не надеялся увидеть больше.

Я молчала, чуть дыша, потеряв дар речи.

– Почему вы не пришли на прошлой неделе? – спокойным, но леденящим низким голосом спросил он меня.

– Я себя неважно чувствовала, – соврала я.

Он ехидно усмехнулся.

– Вы собирались дипломную работу писать.

Вы спите что ли? О чем вы думаете? Это вам не пироги печь! – воспитывал он меня.

«Вообще-то пироги тоже непросто печь. Это сноровка нужна и опыт» – ответила я ему у себя в мыслях, а сама смотрела на этого деспота и даже любовь к его губам меня не спасала.

Так хотелось сказать ему, чтобы он замолчал, прервать его. Но я молчаливо терпела. В фантазии я представляла, как я подхожу к нему и закрываю ладошкой ему рот. Представляла его возмущенное лицо.

Как он отбрасывает мою руку от своего лица, кричит в ярости…

– Надеюсь, вы все подготовили сегодня, а не две темы и как следует, – строго сказал он.

Его голос был такой низкий, чистый, проникновенный, пробирающий меня до мурашек.

– Да.

– Тогда начнем. Присаживайтесь.

И тут началось. Он как будто специально задавал мне каверзные вопросы, путал меня, делая из меня идиотку, заводя меня в тупик и ставя в неловкое положение.