Маскарад. Итальянская лавстори

– А что же Бьянка, жена его, совсем ни в чем ему не помогала? Или ошибся, и Бьянка оказалась ленивой сварливой женщиной?! – спросила Настя.

– Бьянка была женщиной хорошей, покладистой. А уж Никанора как любила. У них такая любовь была, что аж слезы на глаза наворачивались, глядючи на них. Чисто, тебе голубки. Так сядут тебе рядышком, и воркуют, не наглядятся друг на друга. Только померла жена Никанора вскорости, так век вдовым и доживал.

– Бьянка умерла?! Я не знала. Да мы вообще о дедушке ничего не знали.

Как переехал он в Италию жить, так связь и оборвалась. Я даже про наследство ничего не знала.

– Так, Настя, он это в последний момент решил. Уж как при смерти был. Скрутило его, а так всю жизнь не болел. Здоровый был. Дай бог каждому. Говаривал, что ему лень к врачам обращаться, да и платить врачам неохота. Сильный был мужчина. Ну вот, заболел он, когда ему под восемьдесят стукнуло. Простудился по весне и слег с пневмонией. А когда понял, что конец ему пришел, решил завещание написать.

Уж больно он казнился перед смертью, что обидел ваших. Жену бросил Капитолину, и дочка сиротой осталась при живом отце. Вот и решил, все на тебя переписать, на внучку родную.

– Вот оно как все обернулось. Я даже не знала, что он тут несчастный, один. А бабушка моя как страдала, переживала, что он ее бросил. Донна Анна, но почему же мой дед не написал нам, что он одинок и несчастлив? – спросила Настя.

– Гордый он был человек. Потому и не мог к вам обратиться за помощью, хоть вы ему самые близкие и родные люди… Заговорила я вас, синьорина, а вы поди голодная.

Есть хотите?

– Ужасно. Кажется, сейчас корову проглочу.

– Ну проходите в дом, мойте руки, а я на счет ужина похлопочу.

После сытного ужина, умаявшись за целый день, Настя быстро заснула. И снилась ей Италия и закат над озером. И улыбалась она во сне от счастья, которое ее переполняло. И только на рассвете она проснулась от тревожного сна, который она, правда, тут же забыла.

Глава 2. Неожиданный гость

Настя была соней, и не любила вставать слишком рано, предпочитая досыпать в утренние часы перед работой лишние 5—10 минут, не спеша вставать с постели. Поэтому на завтрак у нее времени никогда не оставалось. Было в запасе только 20 минут, чтобы собраться на работу и выскочить из дома, и 20 минут, чтобы добраться до работы. Добро, школа находилась рядом с ее домом.