Мотыльки

И как сам регент может пить его чистым?..

Сэйгран некоторое время сидел молча, потом отодвинул со лба каштановые пряди, в которых отчетливо виднелась одна-единственная седая полоска. Поднялся, кивком показывая Вальду, что нужно идти за ним.

И снова полутемные коридоры, напряженные лица гвардейцев, лестницы… Наконец тонкая, неестественно прямая фигура регента замерла перед дверью в северное крыло второго этажа. Здесь несли службу четверо часовых.

– Пропустите графа, – негромко приказал Сэйгран. Надо же, то есть ребята могли не пропустить собственного командира?.

. Что же там такого за этой треклятой дверью?

Звякнули скидываемые с крючков цепи, Гарта проследовал за регентом, который успел взять у охраны факел. Здесь было холодно, не спасала даже дорожная куртка, которую граф так и не снял, похоже, давно не протапливали. Вальд ходил по этому коридору тысячи раз, а сейчас едва узнавал его: здесь всегда было светло и людно, а теперь весь коридор оказался полностью перекрыт…

– Официально после пожара здесь стало небезопасно находиться из-за возможного обрушения колонн, – равнодушно прокомментировал Ивьен, останавливаясь у нужных комнат, где обычно располагались почетные гости.

 – Имейте в виду, граф, я счел нужным поставить в известность вас… Но никто больше не должен узнать о том, что вы увидите. Это ясно?

Гарта молча поклонился, демонстрируя, что приказ ему понятен. Регент сделал шаг в сторону и протянул ему ключ и факел. Сам заходить не стал, оставшись стоять в коридоре.

Отгоняя от себя неприятные предчувствия, Вальд отпер дверь и шагнул внутрь, а как только сумел в неверном свете пламени хоть что-то разглядеть, невольно отпрянул. Граф уже видел подобное…

Возле дверей, там, где он стоял, на стенах сохранились куски обивки, сама дверь тоже не пострадала ни изнутри, ни снаружи. И все. Больше в просторной комнате ничего не было.

Только оплавленные, спекшиеся камни.

Вальд Гарта неоднократно видел последствия самых разных пожаров, вот только они всегда оставляли за собой обгорелое дерево, человеческие тела, оконные рамы, в конце концов! Проклятье, да никакое пламя не в состоянии плавить камень!.

. Обычное пламя, во всяком случае.

Выругался враз перехваченным горлом, прошелся по комнате, заглянул в соседнюю. Все то же. Искать тут нечего, тот, кто это сделал, следов не оставлял… Вот почему убийцу не схватили в набитом гвардейцами замке Эверры, вот с чем столкнулись ребята…

Риам, прости, прости, пожалуйста!..