Черный Оборотень и другие ужасные истории

Получилось, что я там тоже приложил руку, и будто бы тот парень, который упал, упал оттого, что я его двинул. В конце концов, это не так уж и важно, отчего он упал, а мне очень хотелось, чтобы Сережка не думал, будто я там стоял как фонарный столб.

– Понимаешь, Витька объяснил, что это йоговская методика, что-то вроде массового гипноза. И еще он просил про это никому не говорить.

Сережка покачал головой:

– Ты знаешь, это все непонятно. Как такой парень мог загипнотизировать целую компанию?

– Ну, он слово какое-то знает, – пожал я плечами, припомнив, как все происходило.

 – Он что-то сказал, и они все обалдели.

– А что он сказал, не помнишь?

Я попробовал вспомнить, но не смог.

– Да ну, ерунда какая-то. Просто набор букв.

– А если подумать?

– Ну, что-то вроде «гррунддтт». Или что-то в этом роде.

На следующий день на первом же уроке была контрольная по математике – пришлось напрячься. Хорошо еще, Витя помогал. Он сам все быстро решил и вдобавок нашел у меня одну ошибочку.

Я, конечно, и сам ее нашел бы, наверное, но все-таки здо`рово, что у меня такой сосед.

Потом была физкультура. И тут Витя всех нас просто удивил. Вообще-то в этой четверти мы должны бегать на лыжах, но первые несколько уроков всегда занимаемся в зале. Бегаем, прыгаем через козла, лазим по канату и, когда наш физкультурник разрешает, играем в волейбол.

Короче говоря, мы побегали, потом стали прыгать. Я этого козла терпеть не могу. Никогда через него нормально не получается перепрыгнуть.

Обязательно или верхом сяду, или потом свалюсь. Кстати, ну и название у этого спортивного снаряда! Неудивительно, что его никто в нашем классе не любит. В общем, стою я в очереди к козлу следом за Витей.

Очередь быстро двигалась, и вот уже впереди остался только Витя. Я смотрел ему в спину. Он как-то подобрался весь, напружинился, потом присел, выпрямился и побежал к козлу. Он так быстро бежал – будто летел, а когда был уже совсем близко, промахнулся мимо трамплина, потому что тот, кто прыгал перед ним, случайно сдвинул его в сторону.

Но Витя все равно оттолкнулся от пола так, словно там трамплин был, подпрыгнул высоко, а потом не развел ноги в стороны, как мы всегда делаем, а, наоборот, поджал их под себя и так, на корточках, перелетел через несчастного козла, да еще и с большим запасом! Мы все так и ахнули! Владимир Семенович даже подбежал к нему посмотреть, не вывихнул ли он себе ногу. Но Витя ничего не вывихнул.