Светлая грусть

Он туда-сюда поездил и начал что-то на дно разливать. Мы спрашиваем: «А чего он не в дырки-то льет?», Ванька репу почесал и говорит: «И в дырки попадет». В итоге, дно покрыла тонкая пленка зеленоватого цвета, похожая на плесень. Мы решили испытать лодку на прочность: забрались в нее вчетвером и погребли к середине реки. Минут пятнадцать пленка продержалась, а потом начала отклеиваться. Пока Ванька старался ее обратно приклеить, в лодку полилась вода: мы стали тонуть – вычерпывать нечем, обратно не догребем – пришлось прыгать и вплавь добираться до берега.

В итоге, лодка утонула вместе с Ванькиным изобретением. А мы все получили по первое число от его деда. После этого Ваня вместе с нами грел пузо на пляже и не проводил экспериментов с сельской собственностью.

–А помнишь, как ты в деревне у нашей бабушки потерялась? – отсмеявшись, проговорила Олеся. – Мы совсем мелкими были, когда нас папа туда впервые привез, лет по пять. Алиска выскочила местность разведать – прошла туда-обратно по улице и стоит-плачет.

А я в окно смотрю, понять не могу, кто ее обидел. Оказалось, она среди непривычных маленьких домиков заблудилась и понять не может, какой из них бабушкин, а сама, дуреха, возле него стоит.

Вот теперь Олеся была собой – в глазах горели задорные огоньки, щеки разрумянились от веселья, такой она очаровала Стаса еще больше. Ксюша наелась печенек, раскидала все игрушки, которые мама ей подсовывала, чтобы не прерывать чаепитие, и начала засыпать прямо в стульчике.

Алиса посмотрела на часы:

–А папа сегодня в ночь что ли?

–Ага.

–Его нет, и мне все кажется, что времени мало, а нам уже спать пора – пойду купать, пока не заснула, – она достала дочь из стульчика, – счастливо, Стас, приятно было познакомиться.

–Взаимно.

Теперь молодые люди остались наедине. Это радовало и слегка пугало обоих.

–Замечательная у тебя сестра, – проговорил Стас, чтобы поддержать беседу. Олеся кивнула и спрятала глаза, начав выкладывать в рядок конфеты на столе.

–И ты замечательная…

–И ты, – робко проговорила она, прокручивая в голове одну и ту же мысль: «На первом свидании целоваться не принято».

Но Стасу было двадцать пять, и он сам прекрасно знал, что приличные девушки сразу не позволяют себе лишнего, да еще на свидании с человеком, которого знают меньше двух дней. Он взял Олесю за руку, заставив этим отложить конфеты и посмотреть на него.