Последняя любовь профессора

Со мной мечты всегда сбываются! Или ты еще не понял, дорогой?

Профессор дрожащими руками бережно держал маленькую коробочку, извлеченную из большой упаковки, и сладостно смотрел на черного волосатого паука, важно перебирающего лапками по стенкам.

– Наденька, посмотри, это же чудо! Я ни разу не видел его живьем!

Профессор протянул коробочку, но Надя, отмахнувшись и дернувшись в сторону, споткнулась о маленькую собачку и чуть не свалилась.

– Том, иди сюда, моя радость! Испугался, мой маленький?

Алиса подхватила болонку и пошла в гардеробную.

– Мамочка сделает тебе постельку, – донеслось до Нади, которая плюнула и удалилась на кухню.

Разбив яйца на скворчащую сковородку, она только взялась за кувшин с водой, как от куда-то донесся громкий голос Алексы. Надя вздрогнула и поставив кувшин, прислушалась. Ее слабого английского хватило на то, чтобы понять, что речь шла про какие-то таблетки.

– Арнольд, – закричала Надя, – яичница готова!

– Он устраивает паука в террариум, – пояснила, возникшая на кухне Алиса.

– Не боитесь, что пауки съедят вашего Тома? – поинтересовалась Надя, накладывая яичницу и доставая из холодильника помидоры.

– У меня сверчки и мыши, а пауки есть только у Арика.

От этого «Арика» Надю аж передернуло. Ну и имечко. Хотя Алиса и Арик друг друга стоят!

– Поможете мне накрыть на стол? – спросила Надя, ласково улыбаясь.

– Ой, нет. Я только с пробежки, как раз собиралась пойти у Арика в сауну, – и не дожидаясь возражений, крикнула по-английски:

– Алекса, включи сауну и хамам!

3.

– Надя, а где яичница? – спросил заглянувший на кухню Арнольд Германович.

– Чтобы не остыла, я ее съела. Сейчас сделаю новую!

– Надя, это настоящее чудо! Живая монстроза, да еще самка! Это брильянт моей коллекции!

– Арнольд, вернись на землю! Тебе яичницу делать?

– Нет, спасибо! Я, наверное, пойду побреюсь, пока гости не приехали.

– Иди, там как раз твоя Алиска моется. Испачкалась, наверное, пока доехала с мышами и тараканами.

– И таблетку прими, – крикнула Надя выходящему экс-супругу. – Тебе Алекса про какую-то таблетку говорила.

– Спасибо! Да, да это от давления. Сейчас приму.

– Седина в бороду, бес в ребро! – проворчала Надя, подскакивая от щелчка вывалившихся на тарелочку тостов. – Блин, заикой с этой техникой станешь!

Минут десять Арнольда Германовича не было видно. Надя, нарезающая помидоры, прислушивалась. Воображение рисовало картины отдыха патрициев в термах.