Розовая пантера

Посмотрел на стол, убедился, что он пуст, потом перевел взгляд на мраморный пол, усеянный бесконечными бело-коричневыми треугольниками и квадратами. Увидел окурок. Поднялся, подошел и загнал его носком ботинка под скамейку.

– Алешенька, ты? Ну наконец-то! Где так задержался? На работе? Ой, да промок весь! Что же зонт не взял, не догадался?

Алексей вздохнул. Он очень любил мать, был к ней по-настоящему привязан, несмотря на уже не детский возраст, но эта ее привычка задавать огромное количество вопросов и тут же самой на них отвечать иногда его раздражала.

От него в общем-то ничего и не требовалось – она уже и так знала, что задержался он на работе, а зонт не взял, потому что не догадался. Поэтому, соответственно, и промок. Все просто, как дважды два.

– На работе задержался, – подтвердил он: промолчать после такого количества обрушившихся вопросов тоже было бы как-то странно. – Террористы здание захватили, пока их всех перестреляешь, знаешь, куча времени на это уйдет.

А они, гады, живучие…

Достав из шкафа вешалку, он аккуратно повесил куртку и водрузил ее на бельевую веревку в ванной.

– Да брось ты свои шутки, Алеша, – укоризненно произнесла Анна Сергеевна, прислонившись к дверному косяку и внимательно наблюдая за бельевой веревкой, которая под тяжестью намокшей куртки грозила оборваться. – Не оборвется?

– Да с чего ты взяла, что это шутки, – возразил Алексей, задумчиво поглядывая все на ту же бельевую веревку: нет, должна выдержать, тем более что с каждой минутой куртка будет становиться легче.

 – Не оборвется.

– Да, не должна. Ну давай, мой руки, и идем ужинать. Я пельменей налепила. Ты, наверное, проголодался, пока террористов обезвреживал.

– Да, руки в крови по локоть, надо помыть…

– Да перестань же ты наконец, Алексей!

«Алексей» в устах матери было ругательством – самым оскорбительным, какое ему за двадцать два прожитых года доводилось от нее слышать.

– Извини, мама. – Он легонько обнял ее. – Не сердись. Конечно, не было никаких террористов. Сидел, как обычно, целый день в школьном вестибюле, смотрел в окно. Вот и все события сегодняшнего дня. Как ты считаешь, не зря он прожит? Не будет ли потом твоему сыну мучительно больно за бесцельно прожитые годы?

– Ну это же временная работа, – утешила она его, глядя с любовью. – Идем кушать.

Алексей прошел на кухню и уселся за стол.