Розовая пантера

Он даже сначала не понял, в чем дело, откуда взялось это непонятное ощущение и почему оно крепло с каждой минутой: как будто в комнате присутствовал и наблюдал за ним кто-то посторонний. В комнате Алексей был один, он это точно знал, потому что мама смотрела за стеной телевизор, а в квартире, кроме них двоих, никого не было. Он все-таки открыл глаза, мысленно посмеявшись над самим собой, никого не увидел, конечно, снова закрыл глаза и тут же вскочил с кровати, внезапно догадавшись… Схватил со стола газету с кроссвордом – ну конечно, вот в чем дело.

– Не понимаю… Ты-то каким образом здесь оказалась? Чего тебе здесь надо и кто тебя сюда звал? Не понимаю…

Ответа, конечно, не последовало, но Алексей и не рассчитывал его услышать. Он пристально вглядывался в знакомые черты, отмечая про себя, что достаточно точно обрисовал и линию подбородка, и губы, и круглые глаза, которые казались живыми, а если добавить в них чуточку цвета, они бы точно заискрились… Шапка растрепанных волос и челка, которую она, видимо, только что убрала со лба только ей присущим движением пальцев…

«Ну надо же, – подумал он, – это ведь я сам сотворил.

Пока с Людочкой беседовал про доллары и про погоду. Взял и нарисовал. Ох уж эти ручки шаловливые мои – творят, что им вздумается! Ведь и в мыслях не было никакого портрета…»

Он опустил газету на стол, какое-то время еще смотрел на портрет, изучая каждую линию, каждую деталь.

Потом рассеянно обвел глазами комнату, шагнул к книжному шкафу.

– Четвертый… Да, кажется, это был четвертый том, где-то в начале…

Перелистав несколько страниц, он достаточно быстро нашел то, что искал.

«…дочка директора, Эммочка, в сияющем клетчатом платье и клетчатых носках – дитя, но с мраморными икрами маленьких танцовщиц, – играла в мяч, мяч равномерно стукался об стену. Она обернулась, четвертым и пятым пальцем смазывая прочь со щеки белокурую прядь, и проводила глазами коротенькое шествие…»

Бесшумно открылась дверь.

– Алеша?

Он опустил раскрытую книгу на грудь.

– Что читаешь?

– «Приглашение на казнь».

– Ну читай, читай. – Анна Сергеевна любила Набокова. – Ты Людочке-то позвонил?

– Позвонил.

– «Приглашение на казнь» ты уже читал вроде… Дай-ка я тебе шторы задвину. – Она прошла в комнату, остановилась возле окна.