Научи меня любить

Ирина даже знала, о чем он подумал, как охарактеризовал мысленно эту ее неожиданную находку: «старый хлам». Старый, никому не нужный хлам… Кто в наше время это слушает?

– А мне нравится, – упрямо возразила она вслух. – Давай купим.

Андрей расплатился за кассету, бросил ее в сумку. У Ирины даже сердце сжалось на мгновение: как она там, маленький французский воробышек, среди жиганов в телогрейках? Но, впрочем, на витрине ее окружала не намного более приятная компания. Виагра, глюкоза… Как в аптеке.

Андрей обернулся, спросил:

– Ты чему так загадочно улыбаешься?

– Да так, своим мыслям…

– И о чем твои мысли? – попытался уточнить он, и Ирина подумала: так всегда.

Всегда он боится, что хоть одна ее мысль, хоть одно чувство или сомнение ускользнет от него и она вдруг станет для него недоступной, далекой, и уже больше не будет принадлежать ему целиком и полностью. Не любит он эти ее таинственные улыбки и недомолвки. Не просто не любит, а даже боится их…

– Тебе обязательно нужно знать?

– Естественно.

Она вздохнула.

– Я просто представила себе ее среди бритоголовых зеков.

– Кого – ее?

– Эдит Пиаф, кого же еще. Там, в сумке. Ну, образно…

– Ах, ты об этом, – он наконец улыбнулся в ответ. – Ничего, стерпится – слюбится. Тем более, ей не привыкать. Насколько я знаю, она была та еще штучка…

– Да, наверное. Послушай, мы же забыли очки…

Они остановились у раскладной витрины, купили очки. Купили мясо и зелень, купили еще смешную кепку в горошек для Ирины, которая была ей к лицу.

– Ну все, поехали. Ничего не забыли? – Андрей задумался, нахмурил лоб.

– Постой, – Ирина вдруг решительно расстегнула молнию на большой спортивной сумке и, поискав некоторое время, достала оттуда кассету.

– Извини, но мне ее жалко. Ничего не могу с собой поделать. Пусть лучше у меня в сумке полежит…

– Кого тебе жалко, Ирик? – едва заметное раздражение вдруг проскользнуло в его голосе.

– Понимаю. Только мне не все равно. Какая тебе разница?

– Никакой. Просто я не люблю, когда ты начинаешь говорить разные глупости. Тебе ведь не пять лет, дорогая…

– Ну ладно, давай не будем ссориться, – ответила она мягко. – Знаешь, я давно уже хотела ее купить. Столько магазинов обошла, а нигде не попадалась.