Синдром Дездемоны

 – Есть и анальгин, есть и посильнее кое-что! И йод, и спирт, и бинты есть! Тебя били, да?! Палыч, скажи, тебя били? Тебя ведь к врачу нужно срочно! Вдруг у тебя перелом какой-нибудь, или внутренние органы… повреждены? Паш, да кто же это тебя так…

Он не ответил – только махнул рукой и прошел мимо нее в ванную. Обернулся на пороге, с видимым усилием превозмогая боль в шее, и сказал строго:

– Только ты не вздумай скорую вызывать, слышишь? Со мной все в порядке. Так синяки кое-где, и… И все. Сами справимся.

Поняла?

– Поняла, – пролепетала в ответ Алька, хотя на самом деле категорически ничего не понимала!

Пашка хлопнул дверью, зашумела вода в ванной. Алька какое-то время так и стояла в прихожей, уставившись в одну точку и не понимая, что ей делать. А потом бросилась в комнату, раздвинула дверцы шкафа-купе, где на полке стояла коробка с лекарствами. Коробка была большая, картонная, из-под обуви, до верху набитая пузырьками и капсулами на все случаи жизни. Алька схватила ее дрожащими от волнения руками, потянула на себя и уронила.

Лекарства рассыпались, пузырьки зазвенели, покатились по полу в разные стороны.

– Да что же… – Алька всхлипнула. Она и так держалась из последних сил, чтобы не расплакаться, а тут еще эта коробка! – Да что же это такое!

Опустившись на колени, она принялась торопливо собирать лекарства обратно, откладывая в сторону те, что могли пригодиться сейчас Пашке. Одной рукой собирала лекарства, а другой вытирала слезы, которые все текли по щекам и никак не хотели останавливаться.

И бинт, и йод, и баночка с медицинским спиртом нашлись сразу, а вот болеутоляющие таблетки куда-то подевались. Алька уже была в полном отчаянии и собиралась бежать в аптеку, когда обнаружила, что сидит на упаковке темпалгина!

– Палыч, ты уверен, что тебе к врачу не надо? – спросила она брата, когда тот вышел из ванной и появился на пороге комнаты.

– Уверен, – глухо ответил Палыч. – А ты не реви.

Не глядя, он прошел мимо нее к дивану и, поморщившись от боли, улегся, вытянув свои длиннющие ноги.

«И в кого это, – некстати подумала Алька, – он у нас такой длинный? В семье ведь все среднего роста, не выше ста семидесяти, а он под два вымахал!»

Пашка прикрыл глаза, положив на лицо согнутую в локте руку, что означало: сейчас к нему не надо приставать с расспросами. Алька вздохнула, снова вытерла слезы и все так и продолжала сидеть на полу, окруженная рассыпавшимися лекарствами.