Наследник Тавриды

Вы все выдумали! Вы собираетесь преследовать меня! Аграфена, умоляю, ради всего святого…

– Да кому вы нужны?! – Закревская взвилась. – Вот письмо. Тут сказано, что моего мужа сняли с должности и сослали в Финляндию. Я минуты здесь больше не останусь.

Леопольд продолжал ей не верить. Это был красивый мужчина чуть за тридцать, брат первой жены цесаревича Константина. Их роман с Аграфеной продолжался полтора года, и принц питал убеждение, что ревнивая Венера намерена его погубить.

– Ваш муж? Не смешите меня! За время нашего знакомства вы ни разу о нем не вспомнили!

– Откуда вам знать, о чем я вспоминала?! – бросила Груша.

 – Мой муж – честнейший человек. Вы даже не знаете, что это за человек! Это прекрасный человек! Не чета вам.

– Да уж, конечно! – съязвил Леопольд. – Вы явились ко мне голодная, как из монастыря. Что-то он не особенно вас баловал.

– Удовольствия, которыми вы хвастаетесь, может доставить любой конюх! – парировала Закревская. – Посмотрите на себя. Вас покупают.

Вы продаетесь. Нам не о чем говорить.

Не собираясь больше сносить ее оскорбления, принц Кобургский поднялся.

– В таком случае я желаю вам доброго пути. – И уже у двери, обернувшись, переспросил: – Вы действительно едете в Россию?

Финляндия.

Погода в Або не хуже, чем в Петербурге. Снять дачу в предместье все равно, что на Каменном острове. Арсений Андреевич уверял себя в преимуществах тихой жизни. Он привез в Финляндию дочь, которая была слишком мала, чтобы понимать, каково сейчас отцу.

Девочка легко привыкла жить без матери, потому что ветреная супруга генерала редко уделяла ребенку внимание. Ее исчезновение потрясло кого угодно, только не Лидочку.

Сам Арсений носил в сердце занозу. Один раз судьба одарила его по-летнему щедро. Почему он не скончался вскоре после свадьбы? В пылу взаимных упреков генерал бросил Аграфене:

– Незачем было выходить замуж!

– Когда вы звали меня под венец, то собирались оставить вдовой, – отрезала она.

– Прости, что не умер.

Действительно, его жизнь тянулась, не нужная теперь никому. И особенно тяжко было сознавать, что тянулась благодаря Груше. Она возила его на воды. Нашла лучших врачей. Не позволяла переутомляться за бумагами. Им было хорошо вместе. Проклятая семеновская история!

Вечером в субботу генерал Закревский возвращался из города на дачу и велел кучеру ехать нешибко, наблюдая, как солнце садится в туман над заливным лугом.