Наследник Тавриды

До трети потери личного состава от бескормицы, отказ обучать солдат чему-либо, кроме фрунта, выдавливание в отставку офицеров с боевым опытом…

Воспламенив умы, Арсений Андреевич удалился в Финляндию. Откуда попросил отставки. Но получил лишь молчание. Ощущение собственной ненужности придавливало душу. Все были недовольны государем. Государь – всеми.

Неаполь. Италия.

– При чем здесь вы? – Госпожа Закревская кидала вещи в саквояж с таким остервенением, словно за ней гнались. – Я не собираюсь следовать за вами в Англию.

Принц Леопольд Кобургский ей не верил.

– Кто может положиться на твое слово, Венера? Вчера ты устроила мне истерику, будто я хочу тебя бросить. А я всего лишь хочу жениться на английской принцессе. Поверь, не каждый день делаются такие предложения.

Аграфена фыркнула, выражая презрение к Англии, тамошним девицам, тайной дипломатии и продажным немецким принцам.

– Я не еду за тобой. Я еду в Россию, – повторила она.

– А почему же ты сегодня на балу упала в обморок, когда я объявил о своем решении?

Груша одарила любовника одним из тех взглядов, которым женщины говорят: вы слишком высокого о себе мнения.

– Я получила письмо из Петербурга и читала его в тот самый момент, когда вы осчастливили публику заявлением о своей помолвке.

– Вы не получали никакого письма. Вы все выдумали! Вы собираетесь преследовать меня! Аграфена, умоляю, ради всего святого…

– Да кому вы нужны?! – Закревская взвилась. – Вот письмо. Тут сказано, что моего мужа сняли с должности и сослали в Финляндию.

Леопольд продолжал ей не верить. Это был красивый мужчина чуть за тридцать, брат первой жены цесаревича Константина. Их роман с Аграфеной продолжался полтора года, и принц питал убеждение, что ревнивая Венера намерена его погубить.

– Ваш муж? Не смешите меня! За время нашего знакомства вы ни разу о нем не вспомнили!

– Откуда вам знать, о чем я вспоминала?! – бросила Груша. – Мой муж – честнейший человек.

– Да уж, конечно! – съязвил Леопольд. – Вы явились ко мне голодная, как из монастыря. Что-то он не особенно вас баловал.

– Удовольствия, которыми вы хвастаетесь, может доставить любой конюх! – парировала Закревская. – Посмотрите на себя. Вас покупают. Вы продаетесь. Нам не о чем говорить.

Не собираясь больше сносить ее оскорбления, принц Кобургский поднялся.