Авантюристы

Девушка села под яблоней и задумалась о своей несчастной жизни, о том, что она должна влaчить в доме Горюнова жалкое существование белошвейки, а ведь она…

Девушка расплакалась и, достав из кармана темно-коричневого платья носовой платок, – она всеми фибрами души ненавидела этот мрачный цвет, – высморкалась в него, и… разрыдалась в голос.

Неожиданно она услышала легкие шаги и быстро вытерла лицо уже несвежим платком, так и не успев подняться с травы, как перед ней стоял тот самый француз-гувернер.

– О, месье Серж, если не ошибаюсь?!

Молодого человека удивил мягкий тембр ее голоса и та светская интонация, с которой была произнесена фраза.

– Да, сударыня, это я. А вы – Мария, я видел вас в светелке за шитьем.

Девушка кинула. Серж протянул ей руку:

– Вставайте, не то можете простудиться. Сидеть на земле небезопасно.

Мария, пораженная предупредительностью и галантностью собеседника, протянула ему руку.

– Благодарю, вы очень любезны.

– Право, сударыня, вы меня удивляете правильностью своей речи, вовсе не соответствующей простой белошвейке, – удивился гувернер.

– Да, покойная жена Виктора Петровича была бездетна и занималась со мной как с воспитанницей. Когда она умерла, барин женился на Елене Леонидовне, и все резко изменилось. Сначала меня никто не замечал, я тогда хотела, чтобы это продолжалось как можно дольше, а потом меня отправили к девкам – расшивать вензелями белье, скатерти и носовые платки.

Серж внимательно смотрел на собеседницу: она была хороша, даже несмотря на то, что глаза ее несколько припухли от слез. Он не сдержался и, следуя некоему безумному внутреннему порыву, привлек девушку к себе и страстно поцеловал. Та же, не ожидая такого поворота событий, обмякла в его руках, совершенно потерявшись во времени и пространстве.

Поцелуй был страстным и долгим, Серж несколько поднаторел в любви с Еленой Леонидовной, да и ранее у него были увлечения, правда, не заходящие столь далеко, как с хозяйкой дома.

Когда же они начали одновременно задыхаться от продолжительности и нахлынувшего волнения, Серж прервал поцелуй, а обессилевшая Мария прильнула к его плечу.