Птолемей и Таис. История другой любви. Книга вторая

Вторым был его друг, политик Фокион, который сейчас пришел к власти в Афинах – умнейший и порядочнейший человек, что при его профессии вообще предположить невозможно. Третьим пришел в ее жизнь милашка Менандр, талантливый поэт и беспечный мечтатель. Все они стали заменой семьи, которой у Таис никогда не было – за отца был Динон, Фокион по возрасту скорее тянул на деда, а Менандр казался братом, которого так хотелось иметь.

Конечно, люди болтали про нее гадости. Не открыто, естественно, ибо боялись влияния Фокиона и известности двух других.

Пусть говорят. На то они и люди, чтоб завидовать и злословить. Она-то знает, как ей повезло быть окруженными лучшими и добрейшими из афинян – именно этими тремя.

…Дома ее встретил сюрприз по имени Птолемей. Он сидел на выгоревшей траве, у калитки, и дожидался Таис. Завидев ее, он покраснел и неуверенно поднялся.

– Птолемей?.. – изумилась Таис, не веря своим глазам.

– Я отпросился на пару дней…

– О! – ее лицо просияло улыбкой.

Они весело поужинали на веранде, потом пошли на холм Пникс, где в тот день проходили народные гуляния, и Таис шумно приветствовали. Птолемей сразу понял, что музыка – это ее стихия. Ее просили то спеть, то станцевать, что она с удовольствием и делала. «Я люблю вас, афиняне! Спасибо!» – крикнула она, натанцевавшись, благодаря за аплодисменты. Потом молодые люди долго сидели на траве и болтали обо всем, пока не выпала вечерняя роса. Птолемей провожал ее до дома, и Таис, споткнувшись в темноте, невольно схватилась за него.

Он обнял ее быстрее, чем она успела моргнуть глазом.

– У меня мало времени, – было его объяснение.

– А я во времени не ограничена. Ты очень быстрый, я не такая быстрая!

– Если надо, я стану самым терпеливым человеком на земле. Что же странного, если меня к тебе тянет?

О, сколько раз в своей жизни будет повторять Птолемей эту фразу.

На следующее утро Птолемей с Таис отплыли на лодке из бухты Фалейрон на маленький островок.

За всю свою долгую, бурную жизнь – ни во время похода через весь свет, ни в годы царствования в Египте, ни с одной из своих трех жен и многочисленных возлюбленных, никогда, нигде Птолемей не был так счастлив, как эти пару дней на острове, отделенном от мира морем и небом, под которым он любил Таис в первый раз. Многие годы спустя, вспоминая эти бесподобные дни, он становился романтичным и слабым – влюбленным, каким был тогда.