Птолемей и Таис. История другой любви. Книга вторая

На следующий день, рано утром, с балкона Фокионова поместья Таис наблюдала, как делегация македонцев верхом и на повозках направлялась восвояси.

– Впереди на черном Букефале[12 - Букефал – правильное произношение. Буцефал – неправильно. В греческом языке не было буквы «ц». Произношение с «ц» появилось под латинским влиянием. Сравните: кентавр и центавр. Имя означает «быкоголовый».] царевич Александр, – пояснил Фокион. – Жаль, что ты с ним не познакомилась. Он интересный парень и очень мне нравится.

Я уверен в его большом будущем.

В сером туманном воздухе процессия шагом тянулась вдоль заиндевелых полей и темных озябших рощ. Жухлая, покрытая инеем трава, хрустела под копытами. Рассветный воздух пах зимой. Голые черные ветви деревьев создавали неповторимые по красоте и грусти узоры на фоне бледного небосклона. По пригоркам сонно бродили черномордые и черноногие овцы. На полях еще дремал ночной туман.

– В Македонии сейчас снег, Александр вчера рассказал.

В горах чуть не по пояс…

– Я никогда не видела настоящего снега, как жаль…

– Счастливая, ведь это удовольствие у тебя еще впереди. Это очень красиво, тебе понравится. Все белое и чистое, поразительная тишина, черные стволы деревьев, запорошенные ели. Вечером небо кажется розовым, и ночью не бывает совершенно темно.

За ворота усадьбы Фокиона вышли работники и рабы, переполошившиеся при виде македонского отряда. Всадники еще немного проехали через поле и скрылись в лесу.

Остаток этого серого, холодного дня Таис провела в доме: сидела перед очагом, пила теплое молоко с медом, отрешенно рассматривала языки пламени и ни о чем не думала. Вечером приехал Фокион, и первое время им было тяжело вместе, а потом в нем снова взяла верх слабость, а в ней – жалость. Два одиноких человека унылой, неприветливой зимой…

– Ты не просто хандришь, девочка моя, ты больна. Ты уже третью декаду такая горячая. Что с тобой?

Фокион подробно рассказывал о переговорах, трезво описывал истинное положение вещей, делился впечатлениями о Филиппе, этом бесстрашном рубаке, хитром политике и щедром, компанейском человеке.

Его планы освобождения греческих городов Ионии[13 - Территория на побережье Малой Азии, населенная греческими колонистами и подвластная Персии.] от персов обещают немалые выгоды и отвечают интересам всех эллинов, как бы они ни делали вид, что это не так.