Птолемей и Таис. История другой любви. Книга вторая

Таис приободрилась, разглядев дорогу, по которой она сможет вывести себя из хаоса. С благодарностью взглянув на Менандра, она проговорила совсем другим тоном:

– Спасибо, что мы едем в Эпидавр.

– Что?

– Хорошо, что мы едем в Эпидавр. Спасибо тебе, ты настоящий друг. – А потом серьезно добавила. – Я, видимо, немного больна… унынием. Я – Персефона, боюсь зимы, одиночества, разлуки… с миром.

– За каждой разлукой следует встреча, как за каждой зимой – весна. Думай о том, что в твоей власти подарить радость, – воодушевился Менандр.

– Кому?

– Нуждающимся в ней.

– А не-нуждающимся? – усмехнулась Таис.

– В радости нуждаются все; в тепле, в дружбе, в любви, в ощущении своего не-одиночества.

Таис задумалась. Ей так хотелось, чтобы Менандр оказался прав.

– Вот послушай: «Да будет жизнь твоя для всех других отрадой, дари себя другим как…» – он запнулся в поисках рифмы.

– …Как гроздья винограда! – подсказала Таис, улыбнулась и обняла Менандра.

– Не бойся зимы, зима еще не скоро, ее вообще не будет ни в мире, ни в душе.

Мы можем ее перехитрить и поехать хотя бы на Крит или еще южнее, туда, где год завершается осенью.

– Не знаю, – Таис смотрела на море за спиной Менандра, – может быть, надо наоборот – идти на север, зиме навстречу, назло, наперекор… И вообще, я еще не видела по-настоящему, до пояса, заснеженного леса. Говорят, когда снег, небо ночью – розового цвета.

Менандр кивнул и понял, что боя он не только не выиграл, но еще и не принял.

– Ты еще рада, что мы едем в Эпидавр?

Но Таис уже не слышала вопроса.

Глава 3. Две осени. Эпидавр, Фивы, Дельфы. 336—335 г. до н.э.

Пребывание в Эпидавре растянулось на полгода. Время как будто остановилось: осень задержалась на два срока, и после нее сразу пришла весна. Таис опять не увидела снега. Менандр оказался прав: в этом году они обманули естественный ход времени и обошлись без зимы. Поездка в Эпидавр вполне оправдала себя – девочка выросла, но выздоровела ли она? Блуждая по Арголидским лесам, Таис немножко ощущала себя Артемидой.

Страстью богини была охота, она заменяла ей все удовольствия жизни. Не любила мужчин богиня-дева. Значит, так тоже можно? Значит, можно.

Таис подружилась с одним из жрецов Асклепия по имени Креон, который посвящал ее в тайны лечебных растений. Таис восхищалась людьми, которые что-то хорошо умели или много знали, Креон был таким человеком.