Сердце Вселенной

Ничто из этого не влияло на его основную суть, и никак не могло повлиять. Впрочем, это не мешало людям считать себя особенными. Это в какой-то мере стало их визитной карточкой при знакомстве с другими обитателями галактики. И теперь множество лет спустя накрепко закрепился стереотип о том, что все люди эгоцентричные оптимисты. Может быть это и не столь далеко от правды. Ведь все они верят в то, что могут изменить мир, и все как один к этому стремятся.

Лисс слегка прижала ухо к земле. Она могла отчётливо слышать, как что-то двигалось несколькими метрами ниже, извивалось и переплеталось где-то в глубине, словно скрываясь от её взгляда.

На таких планетах у Лисс никогда не получалось спокойно спать. Она отчётливо осознавала, что видит лишь часть всей картины. И та её часть, что была скрыта, была гораздо хуже. Но девушка не хотела слишком сильно об этом задумываться. Ей не нравилась сама только мысль о том, что путники, решившие завершить здесь свой путь становились чем-то не столь приятным. Не столь человечным, не столь живым.

Поэтому она никогда не останавливалась, бежала от одного мира к другому, в надежде что ни один из них не успеет проглотить её заживо. Впрочем, это была лишь часть реальной причины. Часть, пришедшая с опытом, и уже показавшая свою правильность и полезность не один раз. Если остановиться, завязнуть на одном месте слишком надолго, то можно и не заметить, как станешь его частью, и не останется другого пути.

Возможно, кому-то это могло показаться хорошей идеей. Для кого-то покой таился именно в том, чтобы никогда ничего не менять, чтобы свести всю свою жизнь к одному месту и кругу лиц.

Это освобождает от множества потенциальных страданий и испытаний. В каком-то смысле это очень легко и просто. И Лисс это не нравилось. Она не любила, когда что-то давалось ей легко и само по себе. Гораздо привычнее было бороться и совершать определенные действия, чтобы по итогу достичь какого-то результата. Это придавало всему смысл, нагружало какой-то идеей и сутью. Если бы всё в мире было дано людям изначально, то они бы вряд ли стали делать хоть что-то.

Из-под земли вновь начали исходить более сильные вибрации. Казалось, что кто-то или что-то сталкивает друг с другом большие объекты. Это было чем-то похоже на удары молота и наковальни, или ритмичный стук тяжелого пресса. Звуки заставляли фантазию работать на полную катушку. Она придумывала самые различные объяснения, в том числе те, которые вселяли ужас и заставляли сердце остановиться.