Горе-любовник

Была тут, а теперь исчезла.

Парни, недолго думая принялись ворошить весь дом. Я прижималась животом к холодному полу и от страха онемела. Выпучив глаза, я внимательно следила за каждым движением парней, и ждала, когда это всё закончится. Вскоре, обнаружив, что в доме никого нет, они непристойно выругались, и начали обследовать спальню. Из шкафов посыпались вещи Кирилла и его супруги. Рядом со мной очутился ворох её нижнего белья, правда, вдвое больше моего размера и количества. Это надо же! Столько трусов, и на даче.

Я представляю, сколько у неё их дома.

– Надо посмотреть на всякий случай под кроватью, – отвлёк мои мысли один из них.

Ну, всё! Мне конец! Они меня найдут и повезут неизвестно куда. Я широко распахнула глаза и увидела, что на меня внимательно смотрит один из парней, который решил заглянуть под кровать. Я себе представить не могла, что этим типом окажется тот грубый курильщик у моего ресторана, которого по его насмешливому взгляду я узнала безошибочно. В следующий миг он сделал то, чего я никак не ожидала.

Он, как ни в чём не, бывало, поднялся с пола и заверил своих приятелей, что под кроватью никого нет.

– Ребят, – решил помочь им Кирилл, – она, скорее всего, дёру дала. Она же вас в окне увидела, вот и подалась на все четыре стороны.

– Так, четы сразу не сказал, любовник хренов? – услышала я голос своего спасителя.

Тот ничего ему не ответил, и они потащили его к выходу. Когда спальня опустела, и стихли шаги, я вздохнула с облегчением, но долго ещё лежала под кроватью, не в силах встать.

В голове моей крутилась куча вопросов, но ответов на них я так и не нашла. Ну, с эти всем потом, а сейчас нужно выбираться отсюда. Я выглянула из-под кровати, затем осмотрелась и не спеша, встала. В окне стояла жуткая ночь, вот только двор уже был пуст. Наспех одевшись, я стала рыться среди вороха вещей, чтобы найти свою сумочку.

– Ты не это ищешь? – от едкого женского голоса за спиной, меня передёрнуло, и я повернулась. Передо мной стояла жена Кирилла – Оксана.

Я её узнала по фотографиям, которые видела у Кирилла. Рыжая, вульгарно накрашенная и противно надушенная самодовольная девка, которая из кожи вон лезла, чтобы её ненаглядного Кирилла никто не увёл. Она смотрела на меня с такой ненавистью, что ноги подкашивались. Но, что самое интересное – в руке она держала мою сумочку.

– Это моя сумка, – ответила я ей.

– Та ты что? – ехидно перекрикивала меня она. – А что она здесь делает?

– Я её тут оставила.