Сладость тьмы: приручение хищника

В мечтах все было красиво и романтично и, разумеется, заканчивалось надписью “жили долго и счастливо”.

Но ведь где-то глубоко внутри Нора отлично понимала: сейчас она подойдет к нему очень близко и… ничего не произойдет. Он посмотрит куда-то сквозь неё, а, скорее всего, даже и не заметит, а потом Норе придется с этим как-то жить. Нет ничего более безжалостного к любовным иллюзиям, чем встреча с любовной реальностью.

“Ничего не поделаешь, покончишь с этим, забьешься в какой-нибудь темный угол и там будешь скулить.

А пока надо поработать”, – терпеливо уговаривала себя Нора, направляясь в сторону лестницы.

Наверху Нора решила действовать как можно быстрее. Ещё за пару шагов до низкого столика она заметила пустой бокал и смятую салфетку. Она уже наклонилась, чтобы очистить стол, когда её что-то оглушило. Это потом Нора поняла: девушка Вега, видимо устав, что он не обращает на неё никакого внимания, схватила бокал и швырнула его в бойфренда. Беда в том, что у вампиров слух, зрение и реакция намного превосходят человеческие.

За долю секунды Вегард успел выставить руку, бокал отскочил и полетел в Нору.

Через секунду, совершенно не понимая, что произошло, девушка в полном шоке сидела на полу. Сердце её бешено колотилось, из рассеченной брови текла кровь. Подруга Вегарда, кажется, что-то кричала. Сам Вегард наконец-то повернулся в её сторону. Босс неспешно и довольно равнодушно окинул взглядом обстановку. На секунду его взгляд остановился на Норе. Ещё через мгновение – Нора даже не поняла, как – он уже был около неё.

Он опустился рядом, быстрым движение запрокинул Норе голову. Она поняла, что сейчас произойдет. Её глаза расширились от ужаса

– Неееет! – мысленно закричала девушка, потому что сказать уже ничего не успела.

Сначала было хорошо. Очень хорошо. Хорошо, как никогда. А затем дикая боль, как от разряда электричества, пробила через все тело.  Нора потеряла сознание.

Заслуженный отдых

Глаза она открыла не сразу. Даже думать сейчас было больно.

И так было понятно, что она находится в больнице, тело по-прежнему ломило, как будто Нору основательно потрепала свора собак. Наконец она решилась открыть глаза и застонала. Даже приглушенный свет был пыткой, как при сильнейшем похмелье.

– Зая, ты как? – послышался встревоженный голос Даника. Он и сам навис над кроватью откуда-то сбоку.

– Я? Я ничего, – хрипло прошептала Нора. Голос не слушался.

– Я, мы… Это… Тебе сделали переливание.