Покушение в Варшаве

Паскевичем на ведение боевых действий. Историческая ценность монет, собранных со всего Ирана, превышала номинал. По просьбе Паскевича их изучение было поручено специалистам из Академии наук, в результате чего возникли пять больших нумизматических коллекций, которые остались в Академии наук и Эрмитаже. К сожалению, три из них в советское время были утрачены. Пропал также и «меч Тамерлана», который, по легенде, сопровождал великого завоевателя в битве с турецким султаном Баязидом Молниеносным. Он был захвачен русскими войсками после осады Эривани у пленного персидского полководца Гассан-хана и находился в оружейной коллекции Гатчины.

] еще не была выплачена. А теперь, когда принц Аббас-Мирза готовился к визиту в Петербург, а их посол был принят с таким почетом…»

У Александра Христофоровича широко открылись глаза. К нам собирался наследник престола? А мы почему не знали? Паскевич почему не писал? Или он тоже ни сном ни духом? В Тегеране только между собой решали: ехать – не ехать? Или спросили разрешения у англичан?

В прошлом Персия поддерживала отношения с Турцией, с Россией, в начале века – с Францией при Наполеоне.

Очень, надо сказать, опасный для нас был альянс. А потом их под свою опеку взяли англичане и… закрыли страну. Они торговали на Среднем Востоке, доставляли оружие, предложили дипломатическую помощь и присылку офицеров для обучения войск. Сейчас почти все контакты иранцев с внешним миром шли через англичан. Европейцы не имели права проехать дальше Тебриза, где их встречал наследник Аббас-Мирза. А до Тегерана еще 10 дней пути на ишаке…

Проиграв войну и утратив, как видно, глубокое доверие к британцам, принц искал выход из заколдованного круга и хотел вступить в прямые сношения с соседями.

И вот накануне такого визита – его ж еще надо готовить, полгода бы ушло на согласования – убирают нашего посла. Скандал. Ни о каком приезде наследника – второго, если не первого, человека в нынешней Персии – теперь и речи быть не может.

Кому такой оборот на руку? Вот на что намекал визирь Моатемид, прося тех же британцев – больше-то некого – вымирить их, несчастных, с разгневанной Россией.

Поставили волка овец стеречь! Впрочем, в этой игре овец не было. Одни волки.

* * *

Наконец, третье письмо от министра иностранных дел Мирзы Абдул-Хасан-хана, тоже с клятвами британскому послу в непричастности шахского двора. Оно и само по себе содержало любопытные сведения.