Красавица и Дракон

Говорят, тем, кто ее услышит, арру предвещает беду. Что ж, в моем случае примета оказалась верной.

Крик еще не умолк, как из-за придорожных валунов выскочили мужчины в черном. Их лица измазанные сажей перекосились от злобы, глаза светились жаждой крови, а мечи были остры. Они рубили направо и налево. Телохранители сражались храбро, но они были в меньшинстве.

Я и Иридия жались друг к другу. Звон стали и предсмертные хрипы отбили всякую охоту выглядывать из дормеза. Сцепив руки, мы шептали молитвы. Мы не особо набожны, но шепот хоть отчасти заглушал крики, слушать которые не было сил.

Внезапно дверь дормеза распахнулась. Мы ахнули и отпрянули, но это был Агварес – глава телохранителей.

– Княжна, – он протянул мне руку, – скорее, выбирайтесь из дормеза. Вам надо бежать.

Я послушно спрыгнула на землю. Иридия последовала за мной.

– Бегите к валунам, – Агварес указал на скопление камней. – Найдите укромное место и спрячьтесь. Мы отыщем вас позже.

– Как же ее светлость? – я оглянулась на дормез будущей свекрови.

– О ней позаботятся. Вперед!

Агварес подтолкнул меня в спину. Прежде он не позволял себе дотрагиваться до меня даже вскользь. Подобные прикосновения недопустимы. Именно нарушение этого правила окончательно развеяло сомнения: мы в серьезной беде.

Подобрав юбки, я побежала к валунам. Иридия за мной. Мы неслись как две высокогорные серны: перепрыгивали через камни, пригибались и уклонялись от препятствий на пути. Быстрее ветра, неуловимые и легкие.

Так мне казалось, но я заблуждалась.

По правде говоря, мы были слишком медленными и неуклюжими в своих платьях с длинными юбками. Многочисленные слои ткани путались вокруг лодыжек, корсеты сжимали грудь, и дыхание быстро сбилось, что замедлило нас еще сильнее.

Побег прервал вскрик Иридии. Я резко остановилась и обернулась, чудом не подвернув ногу. Подруга была позади, шагах в десяти. За косу ее схватил мужчина.

На глазах Иридии блестели слезы, но она нашла в себе силы крикнуть:

– Бегите, княжна! Бросьте меня, спасайтесь!

– Заткнись! – тот, кто держал ее, дернул косу, и девушка заскулила от боли.

 – Иди сюда, – поманил он меня, – или я сверну ей шею.

Я замешкалась. Подчиниться означало добровольно сдаться врагу. Но если побегу, Иридия умрет. Я будто превращусь в соучастника убийства. Смогу ли жить с этим грузом вины? К тому же избавившись от Иридии, страж все равно догонит меня.

– Нет, – простонала подруга, – не делайте этого, княжна.

Она прекрасно меня знала.