Невеста на продажу

Следила, чтобы все было сделано на совесть.

Сперва меня нарядили, потом заплели волосы. Настал черед фаты. Пока ее просто прикололи к волосам, оставив свисать за спиной. В назначенный час, после того, как я выпью любовный напиток, мне фатой закроют лицо, и я проведу последнюю часть свадебного торжества в темноте и страхе.

Шпильки царапали кожу при каждом движении, словно напоминая, что у меня на голове. Хотелось содрать фату, пусть даже с клоками собственных волос, но я знала, что это невозможно. Магия уже работает.

С этой минуты снять с меня фату в состоянии только муж.

– Какая же ты красивая, доченька! – растрогалась мама. – Взгляни на себя в зеркало.

Взяв за плечи, она повернула меня к трюмо. Я с тоской посмотрела на свое отражение. Красивая, а что толку? Скоро эта красота будет принадлежать врагу. Лучше бы я была страшненькой, чтобы Бесу было противно меня касаться. Правду говорят: не родись красивой, а родись счастливой.

– Я буду по тебе скучать, – вздохнул просочившийся в комнату Дэнни.

– Я по тебе тоже, братик.

Мы хотели обняться на прощание, но мама запретила. Побоялась, что мы помнем платье. Пришлось ограничиться пожиманием рук.

Я сжала маленькую ладошку брата и увидела в его глаза печаль. За два года он потерял троих сестер. А ведь мы всегда были дружными детьми. Пожалуй, Дэнни тяжелее всего. Сестры забыли, чего лишились, а он все помнит и тоскует.

– Довольно, – мама разбила союз наших рук. – Нам пора ехать. Ты же не хочешь опоздать на собственную свадьбу?

– Я бы предпочла вовсе на нее не явиться.

– Что ты такое говоришь, Эва! Не вздумай сказать подобное при женихе.

– Как будто ему не все равно, – пожала я плечами. – Что бы я ни делала сейчас, после любовного напитка это не будет иметь значение.

– Тогда и нечего мусолить эту тему. Хватит изображать из себя жертву. Я жду тебя внизу, – не желая дальше слушать меня, мама покинула комнату и увела с собой Дэнни.

На краткий миг я осталась в спальне одна.

В последний раз. Я посмотрела на знакомые стены, погладила покрывало на кровати, провела рукой по трюмо. Прощайте, родные с детства вещи! Как бы ни пошла моя судьба, я вряд ли вернусь сюда. Обратного пути для меня, в любом случае, нет.

Уходя, я заперла дверь в свою комнату. Словно отрезала дорогу в прошлое. Все, отныне только вперед. В конце концов, терять мне нечего. И так ничего не осталось.

Вскоре я уже сидела в экипаже рядом с матушкой.