Тенеловы. Междусторонье

Я не ошиблась и все-таки доставила нас в цветоломни!

Я запрокинула голову, взглянуть на теневое небо без солнца, и отметила, что мы на дне котлована. Его края окружали нас подобно крепостным стенам.

Рабочие не обращали на нас внимания, выполняя свои функции, точно роботы заложенную в них программу. Их не волновала наша цветная одежда. И это на теневой стороне, где при виде красок жители буквально сходят с ума. Ведь здесь нет других цветов кроме черного, белого и серого. Прямо черно-белый фильм. И вдруг равнодушие.

Даже обидно.

Мы подошли к лагерю из палаток – грубая похожая на мешковину ткань, натянутая на едва скрепленные между собой палки. Толкни одну, и лагерь развалится как шеренга из домино. Если в цветоломнях работали в основном мужчины, то в лагере – женщины и дети.

Нас доставили в центральную палатку – столовую и по совместительству штаб. Ряды столов располагались как в школьной столовой параллельно друг другу, а один – перпендикулярно, с него раздавали еду ? густое черное варево, пахнущее кислыми щами.

Раздачей руководила женщина средних лет. Нам велели встать в очередь. Я восприняла это как добрый знак. Вряд ли здесь перед казнью принято кормить. Да и не тянуло варево на последнюю трапезу.

Очередь продвигалась быстро. Получив свою порцию, рабочие отходили к столам, наспех ели и удалялись. Все происходило в тишине. Ни смеха, ни перешептываний, как это бывает в школьной столовой. Лишь слышно как бьются ложки о дно жестяных мисок.

Когда подошла наша очередь, один из конвоиров обратился к женщине с черпаком:

– Нани, мы поймали этих троих в старой шахте.

Посмотри, на них. Они не из наших.

Отрицать наше происхождение было глупо. Наш облик разительно отличался от внешности жителей теневой стороны. Начать хотя бы с моих красных волос. В черно-белом мире они полыхали похлеще пожара наивысшей категории сложности. Когда мы гостили в Черной крепости – обители королевы – местные не упускали случая прикоснуться ко мне.

Нани окинула нас взглядом серых глаз и пригладила черные с сединой волосы, зачесанные в тугой пучок.

Ее аристократическую красоту портил нос – вздернутый, отдаленно похожий на свиной пятачок. Я гадала: искаженное отражение какого человеческого качества так повлияло на ее облик?

– Вы пришли с радужной стороны? – спросила она.

Я не сразу поняла, что речь идет о мире людей. Хотя как еще назвать мир полный красок?

– Очевидно, – кивнула Ксюша, – мы оттуда.