Тенеловы. Междусторонье

Чего мне это стоило! Смотреть, как твой друг и сестра сражаются, не имея возможности им помочь – ничего хуже со мной еще не случилось.

Ксюша ворвалась в луч света, и сразу стало ясно, что с ее тенью не так-то легко справиться. Она у нее была насыщенно черного цвета и размерами не уступала дикой.

Взмахнув рукой, Ксюша натравила свою тень на дикую, тем временем поднимая Колю с земли. Забросив его руку себе на плечо, она оттащила его от прожектора. Выставив Колю за пределы света, Ксюша не торопилась уходить.

Игнорируя мои знаки, она вернулась в луч света.

Подобрав с земли ящик, Ксюша вытянула руку. Наблюдая за сестрой, я думала об одном: почему никто не вмешается? Чего надсмотрщики медлят? Я спросила об этом у Корсы.

– Чтоб мне застрять за хмурым заслоном, если им есть дело до гибели рабочих, – ответил он. – Это их развлечет.

– Надо выключить прожектор! – догадалась я.

– Не поможет, – покачал головой Корса. – Диким теням не нужен свет для выживания. Это отличает их от обычных теней.

Я послала фантома за Колей, пообещав, что не сдвинусь с места. Лего принес его на руках. Коля выглядел ужасно, словно из него выкачали половину крови. Руки у него были в синяках, губа разбита. Я достала платок и принялась обмахивать им Колю, возвращая его в чувства.

Толпа притихла. Я одновременно махала платком и следила за Ксюшей. Ее тень и дикая кружили в луче света как два боксера на ринге. Они сталкивались подобно волне и камню, то сливаясь воедино, то разбегаясь по углам.

Страшное и захватывающее зрелище.

Все, включая надсмотрщиков, следили за испытанием с открытыми ртами. Зрители затаили дыхание. Я застыла на корточках перед Колей, подняв руки на уровни груди. Платок колыхался на ветру, словно белый флаг, я совершенно о нем забыла.

Ксюша была прекрасна в образе воительницы. Ее светлая коса растрепалась, в глазах горел азарт, руки совершали пассы, отчего она стала похожа на лебедя, взмахивающего крыльями. Грация и сила в одном лице.

Ксюшина тень неумолимо теснила дикую к ящику, но в последний момент что-то пошло не так.

Вместо того чтобы загнать дикую в тюрьму, тень моей сестры обернулась вокруг нее подобно пледу и принялась сжиматься. То, что я сочла за удушающий прием, было поглощением. Я поняла это по шепоту в толпе.

– Она ее заглатывает, – роптали позади меня.

– Как это возможно? Тенелову это не под силу.

Возможно или нет, а только Ксюшина тень проглотила дикую, не поперхнувшись.