Захватчик

Она

Прошел час, как меня заперли в комнате без окон. У меня на руке были часы, их не отобрали, и я могла следить за временем. Я ходила от угла к углу, держа себя за плечи и растирая их, будто замерзла. Здесь и правда холодно. Пустая консервная банка – вот что такое эта комната. И я в ней сардина.

Два часа как меня заперли в комнате без окон. От стены к стене десять шагов. Квадрат. Я мечусь внутри раненым зверем. Они нарочно заставляют ждать? Видимо, это первое испытание.

Пять часов как меня заперли в комнате без окон.

Я сижу на полу в углу, обхватив колени руками и прижав их к животу. Уже не холодно. Температура тела сравнялась с температурой в комнате. Скорей бы начались пытки. Нет ничего более невыносимого, чем это ожидание.

Семь часов как меня заперли в комнате без окон. Я хочу пить и писать. Прямо как в дурацком анекдоте. Мне страшно и одиноко. Не знаю, чего боюсь больше: того, что кто-то придет или того, что эта дверь больше никогда не откроется.

Не выдержав, я бросилась на дверное полотно как зверь на прутья клетки.

Молотила в него кулаками и кричала: «Откройте! Выпустите меня отсюда! Вы не имеете права!». В общем, несла какую-то чушь.

Неожиданно это сработало. С той стороны лязгнул затвор. Серьезно? В этом весь секрет: просто попросить открыть дверь? Я нервно хихикнула. Если сейчас скажу – не надо, я передумала – меня снова запрут?

Я отбежала к противоположной от двери стене и застыла у нее как приговоренная к расстрелу. Ожидала Его, самого. Но явился какой-то плешивый мужик в очках.

Землянин. Вылитый «клерк». Великий и ужасный до меня ничтожной не снизошел.

Осмелев, я села за стол. Очкастый занял место напротив, и мы уставились друг на друга.

– Меня скоро выпустят? – решила я сыграть дурочку. – Мне работать надо.

Очкастый усмехнулся и молча раскрыл папку. В мою глупость он не поверил. И зря. Я согласилась участвовать в шпионаже за атлантами. Кто я после этого? Вот-вот.

Я покосилась на красный глазок камеры. В наш век высоких технологий невидимой камерой никого не удивишь.

Здесь же ее умышленно выставили напоказ. Я знала, кто по ту сторону экрана. Наблюдает, извращенец. Нравится ему смотреть. Он и тогда в кабинете директрисы ничего не делал, только смотрел, импотент хренов.

Сколько еще продержится грим? Минимум двое суток, если очень повезет пять. А потом? Если честно, понятия не имею, что буду делать. Я даже не уверена, что проживу так долго. Возможно, меня казнят уже завтра. Или прямо сейчас.