Завоеватель

Скажи спасибо, что я не прибил тебя на месте.

– А если я не хочу помогать? – спросила она с вызовом.

– В таком случае у тебя проблемы. Ведь я не спрашиваю твоего мнения.

– Меня будут искать, – заявила она.

– Не ври. Никому ты не нужна.

Он попал в яблочко. Девчонка вздрогнула и опустила взгляд в стол. У нее никого нет. Феб знал, как для людей важны социальные связи, им без них тяжело. Как же вышло, что Златовласка совсем одна? Что-то есть в этом неправильное. Вот только с какой стати это его задевает? Как будто ему есть дело до ее проблем, как будто ему не все равно.

Она так и сидела, опустив плечи и глядя в стол. С виду сама кротость. Ну, просто сестра милосердия, пушистая белая овечка. Но второй раз Феб на это не купится. Знает, какое гнилое нутро скрывается за ширмой невинности. На ней пробу ставить негде. Эйфо и так не подарок, а она худший из возможных вариантов. Сочетание всех пороков. О какой невинности речь?

Имя это ее проклятое. Как услышал, засело в мозгу. Злата. Очень ей подходит.

Она и правда золотая: волосы, кожа как будто светится изнутри, глаза. Радужка напоминает мед. И оттенком, и топкостью. Смотришь и вязнешь. Поэтому Феб избегал ее взглядов. Не хватало еще залипать на глаза шлюхи.

Кстати, взгляд у нее слишком ясный и ведет себя почти как чистая. Но на его близость реагирует, как любая эйфо на атланта – возбуждением. Когда она повалилась на него в машине, Феб это почувствовал. Видимо, только подсела. Она вышла из интерната максимум год назад. Значит, «работает» недавно.

Эйфория еще не успела превратить ее в животное.

Прямо жаль, что скоро эти глаза окончательно подернутся пленкой зависимости. Пока их свет – самое ослепительное, что он видел в жизни. Солнце и то меркнет на их фоне.

Эта девушка определенно что-то сделала с ним. Вместе с нейролептиком впрыснула в его кровь свой собственный яд. И если препарат выветрился из организма, то ее яд остался. Феб понятия не имел, как его вывести и существует ли антидот. Все, что он знал: ему до ломоты в пальцах хочется накрутить ее волосы на кулак и, потянув на себя, заставить девушку наклониться к нему.

Так близко, чтобы ее дыхание согрело его губы. Пока он сопротивлялся желанию. С трудом, но все же. Вот только надолго его не хватит.

Он уже многое выяснил. Девушка, как он и ожидал, расслабилась среди других людей и была откровенна. Осталась всего одна деталь, и они переберутся, наконец, в уединенное место.

– Нейролептик при тебе? – спросил он.