Привычное проклятие

Вот только хотелось бы получить ее из других рук!

Хозяйка постоялого двора помрачнела, вспомнив грузную фигуру, седые растрепанные волосы, злой взгляд из-под капюшона плаща и пронзительный голос, повествующий о горькой участи одинокой старухи, о больной спине и о том, какие неотзывчивые мерзавцы живут на этом отвратительном свете.

Зачем опять заявилась старая ведьма? Если б не Кринаш, Дагерта заперлась бы в доме, оставив на крыльце кабаний окорок или пару старых сапог – пусть берет, лишь бы убралась поскорее! Но Кринаш не верит, что Гульда может всерьез навредить.

Эта жуткая старуха его попросту забавляет.

Несколько дней назад Гульда притащилась на постоялый двор, волоча на веревке огрызающегося черного пса. Голосом, который наверняка было слышно на другом берегу, она жаловалась на жестокую судьбину, разлучающую ее с единственным другом. Вот это благородное животное она своими руками вскормила со щенячьего возраста. Пес охранял и защищал беспомощную старушку. А теперь злая нужда заставляет продать того, кто ей как сын родной!

«Сын родной» прижимал уши, скалил по-волчьи белые клыки и выразительно глядел на старухино горло.

Но не пытался укусить. Может, Гульда и не такая уж сильная чародейка, но свести собаку с чьего-то двора у нее хватило умения. Правда, упирался пес так, словно его вели на живодерню. Кринашу пришлось помочь бабке затащить его во двор.

А уж цену заломила – будто за корову! Кринаш, которому пес понравился, торговался как демон и сбил цену. Сбил бы и ниже, да хитрая старуха сообщила, что ее питомца зовут Хватом.

Кринашу понравилась мысль назвать пса кличкой атамана, что разбойничал в здешних лесах. Он подобрел и заплатил старухе больше, чем собирался вначале…

Забрав опустевшую миску, Дагерта потрепала Хвата по загривку и пошла прочь. Некогда здесь торчать, у хозяйки столько дел с утра!

Громкий смех заставил женщину обернуться. От пристройки через двор наперегонки бежали к бочке с дождевой водой Верзила и Молчун.

Первым успел Верзила.

Нагнувшись, начал с удовольствием умываться. Широкая спина почти накрыла бочку. Молчун не мог упустить удобного случая – отвесил приятелю пинка.

Верзила гневно обернулся.

Молчун с невинным видом указал на будку: мол, это не я, это Хват…

– А-а, – кивнул Верзила понимающе. – Я так и подумал, что какая-то собака!

Обманутый его мирным тоном, Молчун сунулся к бочке. Это было большой ошибкой. Мстительная рука ухватила его за шиворот – и в воду!..