Привычное проклятие

А Верзилу послал на берег с кувшином вина, котелком каши с мясом и глиняной миской, полной горячих лепешек.

Ужинали гости невесело: подействовало затяжное ненастье. Правда, все немного оживились, когда вернулись Арби и Уанаи.

Певец отнюдь не выглядел счастливым или хотя бы довольным. Он негромко извинился перед Кринашем, что не сможет петь (слишком много разевал рот, наглотался холодной сырости!), и устало опустился на край скамьи.

Уанаи без приглашения пристроилась рядом с ним. В глазах ксуури светилось неутоленное любопытство.

Хрустальным голоском она продолжала пытать нового знакомого:

– Все понимаю, кроме одного: зачем? Зачем нужно это помешательство? Ты говоришь: сладчайший дар богов, животворный родник всего сущего. А рассказываешь о мучительном безумии, о душевной неряшливости, об ужасающей несобранности. И кончается это всегда плохо! У всех твоих баллад печальный конец, а ты говоришь: это прекрасно!

Несчастный певец угрюмо глотал кашу, гости втихомолку пересмеивались, а ксуури, не обращая внимания на еду, упорно старалась дотянуться до ускользающего от нее смысла:

– Взять хотя бы балладу про дочь властителя замка! Хорошо, влюбилась она в этого сотника.

Допустим, он был лучше всех на свете, хотя и не верится. По-моему, просто тупой эгоист. Да и откуда ей знать, разве она знакома со всеми мужчинами на свете? Ладно, не буду спорить. Встречались они в лесу. «Крапива хлестала ей нежные ноги, а ветви царапали белую грудь…» Не могла, дура, найти для свидания местечка приятнее! Хотя у всех разные вкусы… Но потом, когда он ушел на войну, а она вздыхала в башне и день за днем пыталась «взором дали пронизать»… это уже слабоумие! Она что, с первой попытки не поняла, что ничего с такого расстояния не разглядит? А когда пришла весть о его гибели, она не могла есть и пить, зачахла и умерла. Вот ты мне объясни: с какой целью она все это проделывала?

Кринаш посочувствовал бедняге-певцу и, тронув Уанаи за плечо, сказал, что наверху готова комната. (Конечно, много чести для разбойницы, но все-таки женщина! А Бурьян с Горластым пусть в трапезной дрыхнут, на скамьях!)

– Сейчас! – отмахнулась ксуури и продолжила увлеченно: – Кажется, я поняла! Складывается ясная картина: потеря сна и аппетита, нервное расстройство, помрачение рассудка, зачастую гибель… Это же болезнь! Серьезная! Как еще вы до сих пор не вымерли?

Придя к такому выводу, Уанаи успокоилась, поднялась из-за стола и, учтиво поклонившись хозяину, отправилась наверх.