Сокровище троллей

И противник к Подранку уже не лицом, а боком, нелепо провалившись вслед за ударившим по воздуху мечом… и не успевает он обернуться, кто же ему позволит оборачиваться?..

Два острия легко клюнули сзади шею Хмурого.

– Клинки в ножны, – тихо, но властно сказал Подранок. – И руки с эфесов.

Лишь мгновение помедлил Хмурый – и оба его клинка, тихо зашипев от досады, скользнули в ножны.

Тут же окружающий мир возвратился – и обрушился на Подранка. Обрушился восторженными воплями, хлопками по плечам (и когда разбойники успели сбежаться?).

Орали зрители, орал Гвоздь с большим узлом на поясе, пытался орать Гипаш, уже вставший на ноги, но еще держащийся за живот. Улыбалась Уанаи, глядя, как приветствуют ее люди того, кто перестал быть чужаком.

А в душе Подранка, еще не отошедшего от ритма боя, взметнулось лихое: вот сейчас, именно сейчас, когда все восхищаются тобой… вызвать на поединок атаманшу – не откажется, не позволит обычай! Девчонку от земли не видать… убей ее – и ты вожак…

Чем выдал себя Подранок? Закаменели скулы? Стал жестким взгляд?

Уанаи перестала улыбаться.

Шагнула к разбойнику, снизу вверх заглянула в глаза…

Сильного, жесткого, уверенного в себе человека вдруг затопила волна восторженного преклонения перед этой невероятной женщиной. Королева, истинная королева… за такую что убить, что умереть – все едино… по одному слову, по взгляду, по взмаху светлых длинных ресниц…

Подранок коротко вздохнул и упал на колени в снег перед своей повелительницей.

Уанаи понимающе улыбнулась:

– Принимаю твою службу, Подранок из Чернолесья!

Шагнула назад – и тотчас наваждение исчезло.

Подранок стряхнул морок мгновенно. Уже поднимаясь на ноги, понял, что с ним было. Не разъярился, не затаил месть – лишь усмехнулся:

«Так она ведьма? То-то шайку в кулачке держит! Что ж, такой служить не зазорно».

Никто из разбойников не понял, что произошло. Все приняли и жест Подранка, и слова атаманши за шутку. И продолжался дружеский гвалт, и Подранка уже тащили к костру – мясо еще пока зажарится, а выпить надо прямо сейчас, никак нельзя не выпить за такую славную драку, это ж как парень всю шайку распотешил да порадовал…

Только Хмурый так и стоял спиной к веселому гаму, опустив руки, словно окаменев.

* * *

– Я за себя выкуп внести не смог… – Однорукий нищий покачал чашу, глядя, как пошла маленькими волнами красная влага. – И отправили грайанцы меня в рудник.

Он в несколько глотков осушил чашу.