Встретимся в Силуране!

И разбойник его обойдет стороной – чар побоится…

Внезапно Волчица заметила странную вещь – на правом предплечье у Охотника, как у них принято, литой золотой браслет, а на левом – серебряный, тонкий, с одним-единственным невзрачным камешком.

– Что, Охотник, на золото не заработал – серебришком перебиваешься? – поддразнила она.

Керумик не смутился. Правой рукой легко отогнул концы браслета, снял его.

– Это, светлая госпожа, не украшение, а товар. Вот здесь, в середине… думаешь, это камень? Изволь-ка пальчиком потрогать…

Арлина отдернула руку, почувствовав под пальцем что-то тугое, плотное.

– Вот то-то и оно, госпожа. Мне объясняли, да я не понял: мол, оно и живое – и неживое. Эту штуку добыли еще в Огненные Времена, она много хозяев сменила.

– А в чем ее сила?

– Будущее предсказывает. Только не по желанию владельца, а…

– Ясно! – возликовала Волчица. – Когда сама захочет, как та коряга!

– Верно, – кивнул Керумик с неожиданной серьезностью.

 – Зато предсказания всегда сбываются. Будущее она провидит близкое, на годы вперед не замахивается, но уж что покажет – тут ничего не изменишь, как ни бейся. Я знаю, я пробовал изменить.

– А тебе этот браслетик часто судьбу пророчил?

– Всего один раз.

– И… о чем же?

– Не хочу рассказывать… это насчет одной женщины. Я пробовал изменить будущее, да не вышло. Продал бы я браслет, да за мелочь отдавать обидно. А за хорошие деньги… ну, не верят мне люди почему-то, не верят! Я браслет два года ношу, а он мне лишь раз напророчил.

Как же я покупателям с ходу объясню, какое сокровище идет к ним в руки?

– Ну-ка, покажи браслетик. А ничего… простенький, но изящный. Примерить можно?

– Конечно, госпожа.

Гибкие серебряные концы браслета спиралью обвили тонкую загорелую ручку. Волчица повертела украшение и равнодушно поинтересовалась:

– Ну и сколько эта безделушка стоит?

– Десять золотых, – твердо сказал Керумик.

– Что-о?! – возмутилась госпожа и начала снимать браслет. И тут накатила дурнота, перед глазами все почернело, мир вокруг исчез…

* * *

Бешено бьется сердце, болят грудь и горло, как после отчаянного, нерасчетливого бега. Сзади за локти крепко держат чьи-то грубые лапищи. Арлина бьется в этих лапах, как плотвичка в сети, но не может даже увидеть, кто в нее так вцепился.