Встретимся в Силуране!

 – Чтоб на камни прибрежные напороться? Да если б на меня все Безымянные хором вот так заорали, я и то бы не смог…

Орешку почудилась в летящей кавалькаде некая странность Он обернулся, чтобы посоветоваться с Айфером… и замер, увидев еще более странное зрелище.

Любопытствующими зрителями были только Айфер и циркачи. Остальные путники появлением отряда были весьма встревожены… точнее сказать, перепуганы.

Сын Рода сполз под скамью, чтобы его не видно было с берега.

Загадочный Никто, прижавшись к столбу навеса, содрогался крупной дрожью, да так, что от тряски сверху упала одна из циновок.

Вояка Ваастан, положив руку на эфес, сузившимися глазами пересчитывал всадников.

Торговец Аншасти в ужасе вскинул перед собой ладони, словно отстраняя опасность.

Круглолицый Пилигрим уже не выглядел добродушным: лицо напряглось, всем телом он подался к перилам, словно собирался кинуться за борт.

Юный Фаури в отчаянии закрыл лицо руками.

А Рифмоплет как преобразился! В руке нож – из-за голенища вытащил, что ли? Больше он не напоминает потерянного ребенка.

Какое там! На хищника похож, который не даст запереть себя в клетку! Глаза стальные, свирепые…

Все кончилось быстро. Береговая линия превратилась в беспорядочное нагромождение скал, где не проехать верховому. Погоня отстала.

– Да как же тут повернешь? – угрюмо бубнил внизу капитан. – Тут течение, там подводные камни… ну, никак не повернешь…

Рифмоплет с ловкостью фокусника спрятал нож. Ваастан хрипло выругался и убрал руку с эфеса.

Остальные вернулись на свои места, старательно делая вид, что им совсем не было страшно.

Дерзкая девчонка Ингила фыркнула:

– А и перетрусила наша пестрая компания! Правда-правда-правда!

Никто ей не ответил.

Ралидж отметил для себя в памяти странное поведение попутчиков и шепнул Айферу:

– Не показалось ли тебе, что среди всадников… на вороном коне, в мужской одежде… была наша госпожа… Волчица?

Айфер захлопал глазами, а Ралидж погрузился в невеселые раздумья о своей отчаянной супруге.

И не заметил, не почувствовал брошенный ему в спину короткий хмурый взгляд одного из попутчиков.

* * *

Тот, кто должен был умереть этой ночью, сидел неподалеку от Четвертого. Ралидж из Клана Сокола – именно его приговорил к смерти всемогущий создатель и повелитель Глиняных Людей.

Четвертому не было жаль Сокола. И не угрызениями совести было полно сердце, опаленное жаром погребального костра.