Остров Колдунов-2. Острова жизни

 – Ты лучше скажи мне вот что: ты понимаешь, что вспомнил меня, хотя не должен был?

И тут на его лице впервые появилась улыбка.

– Я давно тебя вспомнил, – буркнул Тэйн, потянувшись к кувшину. – Сразу же после того, как меч взял.

– Ага, значит, ты связал одно с другим… – удовлетворенно кивнул Кельхандар. – Детально вспомнить сможешь?

– Что? Как я меч взял? Или жизнь на острове?

– Первые моменты эффекта отчуждения, – пояснил хильд.

–Не понимаю, что ты имеешь в виду, – ответил Тэйн. – Давай лучше вернемся к другому.

Зачем ты следил за нами? И что ты здесь делаешь? Если я правильно помню, на Остров тебя отправило столичное святилище Илбара, куда ты должен был вернуться после обучения. Что с тобой случилось? Выглядишь ты, надо сказать… не так, как раньше.

Кельхандар долго молчал, делая вид, что занят едой.

– Мой рассказ в обмен на твой, – наконец сказал он. – Согласен? Я оставил тебя в Каррее, целого и невредимого, потом потерял и тебя, и твоих спутников, а несколько дней назад обнаружил в Каньоне Осколков в полуживом состоянии, с мечом Ордена на поясе, со всеми признаками эффекта отчуждения, но тем не менее с живым клеймом, и с тремя из пяти камней за пазухой.

Тэйн покачал головой.

– Не уходи от ответа, – бросил он раздраженно. – Что тебе было нужно в Ахтамаре и Каррее? Тоже… камешками заинтересовался?

– Да, – ответил Кельхандар с вызовом. Взгляд его стал очень внимательным и холодным. – Заинтересовался. У меня, знаешь ли, есть пара причин очень сильно ненавидеть Агваллар.

Я не хочу, чтобы жрецы опять спаслись и проделали свой обычный фокус с Наземным миром. Ты, кстати, понимаешь, о чем речь?

Ройг кивнул.

– Еще раз повторю – я благодарен тебе за помощь, но твои действия кажутся мне подозрительными. Давай начнем с тебя, – и он вернул хильду холодный и пристальный взгляд.

Кельхандар снова замолчал. Бросив недоеденный кусок жаркого, он поднялся, побродил по кабинету, переставляя все, что попадалось под руку.

– Я не доучился, – отрубил он. – Ты ведь помнишь, после твоего ухода мне оставался еще год.

Перед тем, как получить клеймо, я узнал кое-какие подробности… и решил, что не хочу его иметь. К сожалению, я совершил очередную глупость – позволил жрецам обнаружить, что я знаю… Они, как и раньше, терпеливо и обстоятельно разобрали мой проступок, с тем же исходом – стирание памяти, но в мои планы не входило забывать то, что я узнал. И к тому же, мне навсегда расхотелось быть илларом. И я сбежал.

Тэйн покачал головой.