Отдел чудаков

Наконец-то последний кусочек головоломки будет сложен. Кто этот неизвестный, и почему он спал рядом со мной?

Моя радость не нашла отклика у присутствующих. Неизвестный выглядел крайне серьезно и сердито, но я сегодня была настроена решительно.

– Я Ася, а вы, собственно, кто? – я протянула руку для знакомства. Располагающий жест должен снизить напряжение.

Мужчина, который до этого стоял ко мне вполоборота, повернулся лицом, и его губы скривились в подобии улыбки. Братья у него за спиной неожиданно интенсивно замотали головами.

– Фарин Ган, – рука оказалась словно в тисках. Улыбка застыла на лице и стала медленно сползать по мере того, как лицо нового знакомого на глазах менялось.

Я ошарашено выпалила:

– Морф!

Я с трудом подавила в себе желание ущипнуть шефа, чтобы убедиться, что это действительно он. Мне еще никогда не встречались метаморфы. Они были настолько замкнутой и редкой расой, что даже считались вымершими. Особый талант менять внешность помогал морфу держать свое происхождение в секрете веками: их невозможно узнать, найти или поймать.

Самые известные метаморфы, как правило, были преступниками. И вот сейчас я стояла перед представителем этой редкой расы, не веря своим глазам. Что с таким талантом шеф Ган забыл в седьмом отделе?

– Может, вы уже отпустите мою руку? – мужчина многозначительно опустил глаза вниз.

Переполненная эмоциями, я вцепилась в него мертвой хваткой. Определенно, сейчас я выглядела как идиотка, но ничего не могла с собой поделать. Это как увидеть мифическое существо, вроде сфинкса или кентавра, существующее только в легендах.

Замираешь, словно завороженный, мурашки по коже, и невозможно оторвать глаз.

Усилием воли я заставила себя разжать пальцы и отпустить руку шефа. Словно опасаясь, что я вновь могу в него вцепиться, мужчина тут же спрятал ее в карман и сделал шаг назад.

Аська, возьми себя в руки! Видимо, видок у тебя сейчас похлеще браконьера, узревшего добычу. Стоп, а как он выглядел до этого? Это его настоящее лицо? И почему проспал до утра? Морфы же прекрасно переваривают яды, и транквилизатор не мог вырубить его надолго.

– Кажется, у нее шок, – услышала я сочувственный голос Сая.

В этот-то момент к нам и присоединился Элон. При виде проснувшегося шефа он затормозил, бледнея на глазах. Поразительно, но уши его, наоборот, начали краснеть. Впервые видела, чтобы кто-то бледнел и краснел одновременно.

– Доброе утро, – пробормотал коллега и стал медленно продвигаться к рабочему месту.