Сын моего мужа

Лиза была уверена, что подруга дома – позвонила ещё раз, затем ударила в дверь, ещё раз, уже сильнее. Дверь подалась – оказалась не заперта. Девушка нерешительно вошла внутрь, заглянула в комнату – никого. В воздухе витал запах парфюма Олега, а значит, он уже был здесь. Лиза почувствовала, как засосало под ложечкой от нехорошего предчувствия. Решительно войдя в кухню, замерла.

Мила сидела на стуле в углу, запрокинув голову, рот чуть приоткрыт, а в щелках между веками видны глазные белки. Лиза сразу поняла, что произошло: разноцветная россыпь таблеток, полупустая бутылка… Девушка выхватила телефон, дрожащими пальцами набирая номер скорой помощи…

И вот уже прошло два месяца, а подруга по-прежнему в больнице.

Если первые недели Лиза могла навещать ее, то теперь Милу перевели в психиатрическое отделение. Лиза отказывалась даже думать, что переживала там несчастная. Несколько раз пробовала поговорить с лечащим врачом, но так как не приходилась пациентке родственницей, то в этом ей было отказано. Зато Лиза знала точно – Милкин муж не единожды приходил в больницу, и точно не для того, чтобы навестить супругу. Он явно что-то напевал доктору о своей жене.

Задумавшись, Лиза не услышала, как открылась входная дверь, и ойкнула, когда Игорь влетел в кухню с радостным возгласом:

– Меня взяли! Взяли, слышишь?

– О, господи, куда? – расширенными глазами глядела на мужа.

– Лиз, как куда? Забыла? В проект!

Она подошла к Игорю, принюхиваясь к его дыханию:

– Ты пил?

– Ну конечно, отметили с коллегами, а что?

– А я ждала тебя, думала, что ты что-то решил по поводу Милы…

Лиза была разочарована.

– Слушай, ну что тут можно сделать? Врачи правы – твоя подруга психически нестабильна, и ей ещё долго надо лечиться.

Глаза девушки потемнели от гнева:

– Это Олег тебе такое сказал?

– Лиза, родная, – Игорь попытался обнять жену, но та вырвалась. – Олег прав. Нормальная баба никогда бы не решилась на такое. Это ж надо убить себя из-за того, что он предложил развестись.

Ну явно ку-ку.

– Милка как раз самая нормальная, а твой Олег – гнусный предатель. Самый последний сукин сын. Она была беременна от него, а теперь у неё нет ни ребёнка, ни мужа. Даже жить негде!

– Ну, хочешь, я договорюсь, и ей сделают ремонт в ее дыре? В конце концов, комната на Ленинском проспекте стоит больших денег…

– Да иди ты… – Лиза отвернулась.

Прошла к окну. Злые слёзы подступали к глазам, сдерживаемые рыдания мешали дышать. Проклятые мужланы.