Сын моего мужа

Вот вы – видно, что образованная, умная, можете достичь гораздо большего, но тем не менее скрываетесь под личиной простушки, которую любой может обидеть.

– Ну не так-то просто меня обидеть… – попыталась возразить Мила.

Кевин рассмеялся.

– Уже обидели. Ваш бывший муж. Ваша самооценка снизилась, глаза как у затравленного зверька. Именно поэтому с вами по-хамски разговаривает и Лана, и другие. Даже наш компьютерный гений посмел смотреть на вас, как будто вы ему что-то задолжали.

– Ну а что же мне делать?

– Брать свою судьбу в руки.

Никто это за вас, Мила, не сделает. – Кевин на некоторое время замолчал, доедая кусок свиной отбивной. – Я был в ситуации не лучше вашей. Меня подставили, и мне никто не верил, что я не изменял жене. С тех пор даже родной сын через силу разговаривает со мной. Мне по-прежнему больно, но об этом никто не знает – теперь только вы. Разве у меня на лице написано, что я неудачник?

Девушка возмутилась:

– Ну какой же вы неудачник?! Вы совершенно на него не похожи.

Кевин с грустью улыбнулся.

– Я научился скрываться под маской счастливого человека. Я решительный, жёсткий бизнесмен. Все свои проблемы я решаю сам, мои нервы, как стальные канаты.

Мила рассмеялась.

– Да ну вас…

Они ещё долго сидели, даже после того как был съеден десерт и выпит кофе, все продолжали разговаривать. Ему было легко с этой девушкой. Вот так же когда-то он наставлял свою сестру – такую же красивую и слегка наивную. Мужчина посмотрел на часы:

– Ну что ж пора заканчивать нашу восхитительную прогулку, а иначе вы завтра точно не сможете прийти на работу вовремя.

Расплатившись, они поднялись и вышли на улицу. Мила слегка поежилась от прохладного ветерка. Была только середина апреля, воздух прогревался только днём, а к ночи вновь становилось зябко и промозгло.

Кевин посадил Милу в такси, расплатился с водителем, а сам ещё немного прошёлся по улице. За этот вечер он много узнал о девушке. Неожиданностью стало, что с ее образованием она могла бы сделать прекрасную карьеру.

* * *

Над головой что-то звякало, Марк поморщился, сунул голову под подушку, но звук не умолкал. Он протянул руку вбок, наткнулся на что-то мягкое и, наконец, продрал глаза. Телефон валялся на тумбочке, трезвонил и вибрировал. Рядом с Марком кто-то лежал. Черт, отвратительное утро. Хуже всего, когда несфокусированным взглядом упираешься в затылок бабы, лежащей рядом с тобой, и не можешь вспомнить ни ее имя, ни как она вообще здесь оказалась.