Валерьянка для кота

 – Твоя мама уже заждалась… – защебетала, стараясь растопить лёд. Сама подхватила сумки. Даже в лифте – Ксения видела в отражении большого зеркала – они смотрелись странно: Девушка с сумками в обеих руках и мужчина, безвольно прислонившийся к стене.

* * *

Вера Павловна была недовольна, но умело скрыла это. Прошло уже три часа, как сын с невестой должны были к ней явиться. Быстро подхватила сумки с закусками, которые ей передала Ксения.

– Мишенька, ну что ж вы так долго? – затараторила громко, чтобы сын слышал из кухни.

 – У меня телефон чуть не сгорел. Стол накрыт, сыр уж вспотел, пришлось пленочкой накрыть, колбаса запарилась. Уж заждались. Да и соседка моя Нинка хотела зайти поздравить. Тетя Галя уж обзвонилась. Эй, ты где? Миш?

Женщина обернулась, нахмурилась, наткнувшись на растерянный взгляд Ксении, стоявшей в дверях.

– Давайте я вам помогу, – девушка подхватила хрустальную салатницу.

Стол в гостиной был накрыт накрахмаленной белой скатертью, посередине стояла ваза с белыми розами, несколько салатов, тарелки с нарезкой.

Ксения огляделась. Мишка сидел в самом дальнем углу в кресле. Голова его была опущена. Да что ж с ним творится?

Девушка подошла, присела перед ним на колени:

– Тебе нездоровится?

– Все нормально, Ксю.

– Это из-за меня?

– Я же сказал, все в порядке.

Ксения обхватила лицо мужчины ладонями.

– Посмотри на меня, Мишечка, пожалуйста. Это из-за помолвки? – она закусила губу. – Ты просто передумал.

Да? Ты жалеешь об этом?

Михаил резко отодвинул девушку от себя, встал с кресла:

– Да отстаньте вы все от меня! Не жалею я ни о чем, не жалею, поняла? – В глазах девушки застыли слезы. – И мам, – крикнул в кухню. – Не надо никаких тетей Галей и соседок. Поедим и пойдём, ок?

Вера Павловна вышла из кухни, всплеснула руками. Удивлённо посмотрела на Ксению и снова перевела взгляд на сына.

– Ну хорошо, сынок, как скажешь.

Молча сели за стол, Вера Павловна пыталась произнести тост, но он получился какой-то скомканный.

Ксения сидела, опустив лицо ближе к тарелке, расстроенная и пыталась скрыть слезы. Праздника не получилось. За всех пыталась говорить мать Михаила – сын молчал, ел мало и налегал на спиртное.

* * *

Ночью Ксения проснулась от того, что Мишка метался в кровати, стонал громко, с надрывом. Она вскочила, включила ночник на прикроватной тумбочке. Лицо мужчины было искажённо, какое-то злое, зубы сжаты.