Карма. Том 1

Микросхемы, кристаллы – какая разница? Разве что в их стоимости, но пять тысяч были (бы!) честной платой наемнику, больше Каю не надо. А у людей аж руки затряслись и слюна хлынула, когда они увидели тот вещмешок! Мешка, кстати, жалко – судя по клейму, он принадлежал армейскому киборгу, печальный раритет. У Кая даже мелькала мысль выпросить его себе, но потом все завертелось и стало не до того. Повезло еще, что мина оказалась электромагнитной, киборга просто отшвырнуло и ненадолго вырубило процессор. Не могли уже десять минут подождать, искусственное дыхание сделать… на такое короткое время Кай преотлично обошелся без него, но сам факт! Не-е-ет, эти уроды так обрадовались, что он «сдох», что даже переворачивать его не стали, просто схватили за ноги и отволокли в яму! Кай прекрасно все помнил – правда, словно со стороны, будучи не в силах ни пошевелиться, ни хотя бы застонать.

Может, оно и к лучшему – тогда точно добили бы! Причем женщины вели себя еще омерзительнее мужчин, а ведь раньше Иветта казалась Каю относительно нормальной, даже симпатичной…

Киборг потрогал полностью зажившие, но фантомно зазудевшие царапины на шее и поморщился.

Ладно, будем считать их платой за любопытство. Знал ведь, что дело нечисто, и все равно согласился. А с Юнни, который рекомендовал ему этих подонков как хороших ребят, он еще поговорит!

Кай растянулся на койке, по праву единоличника поставил себе на живот «комплимент от космолиний» – пластиковую салатницу, наполненную печеньем с редким вкраплением мармеладок, – и приготовился наслаждаться калориями, покоем и музыкой, но в дверь каюты постучали.

«Ну что им еще надо?» – скорее недовольно, чем встревоженно подумал Кай, с ходу идентифицировав стюардессу – без оружия и корабельной охраны в виде все тех же андроидов. Киборгов, даже стопроцентно неразумных, из сферы госуслуг давно убрали «по этическим соображениям» – якобы в угоду кассандрийцам, но на самом деле из-за киборгофобов, которые оскорблялись и скандалили гораздо яростнее.

– Да, войдите! – Кай даже не потрудился переставить салатницу обратно на откидной столик, наоборот – демонстративно выковырял и сунул в рот самую крупную мармеладину.

Стюардесса открыла дверь, и в каюту хлынул страшный сон тентаклефоба[3 - Тентаклефобия – боязнь щупалец.]: месиво из многочисленных, непрерывно извивающихся щупалец разной длины и цвета, которые в считаные секунды заполнили ее, казалось, доверху.