Киборг и его лесник

Даже если киборг подчинится полиции, освобождать его не станут – на месте допросят и пристрелят, а голову криопочтой пошлют в «DEX-компани», это Женька уже по инфранету выяснил. Вызывать по такой ерунде специалиста-кибернетика нет смысла, а доверять бандитской технике опасно, мало ли какая программа в нее заложена. Браконьер же в любом случае выйдет сухим из воды: если по останкам киборга и удастся определить его официального хозяина, это, скорей всего, будет совсем другой человек. Чтобы купить-продать киборга на Эдеме, достаточно устного договора между людьми с передачей сопроводительных документов.

Юридическую канитель разводят, только если совсем уж не доверяют друг другу. А может, этот киборг вообще краденый, потому браконьер так легко его и бросил!

И все-таки…

– Ну что, слышал? – с напускной бравадой обратился Женька к киборгу. – Все, хана тебе! Сам виноват, что с браконьерами связался!

Легче не стало, только отвращение к себе добавилось.

Женька мрачно подумал, что Борисыч поверил ему вовсе не за красивые глаза или безупречную репутацию.

Просто менее принципиальный (или более решительный?!) человек еще неделю назад закопал бы кибертруп в чаще, не беспокоя начальство по таким пустякам.

* * *

Оружие, лазерное ружье-мелкашку, лесник одолжил у Санька, своего бывшего одноклассника – высокого, тощего, с вечно сальными светлыми волосами до плеч, хотя Санек мыл голову каждый день, а ел вообще за двоих.

В школе они с Женькой были не разлей вода, потом дорожки как-то разошлись, но лесник по-прежнему считал наладчика домовых систем лучшим другом, почти братом.

– Зачем оно тебе? – чисто для проформы спросил Санек, уже открыв сейф.

– Фреанский капкан снять, – буркнул лесник, отводя глаза. Вообще-то другу мог бы и рассказать, тот не станет трепать языком – хотя бы потому, что Женька тоже много его секретов знает. Но этот секрет какой-то совсем позорный, им не страшно, а стыдно делиться.

– Свое-то когда купишь? – беззлобно упрекнул Санек. – Третий раз за год!

– Да вот придется, похоже…

Женька взял ружье и, скомканно попрощавшись, ушел. Отчет был уже написан, самую мерзкую часть работы лесник оставил напоследок, подозревая, что после нее собраться с мыслями будет еще сложнее. Ну и, чего греха таить, надеялся, что браконьер все-таки одумается.

Женька уже ненавидел эту балку.

Киборг, похоже, тоже.