Космопсихолухи. Том 2

 – Доволен?

– Нет, – честно сказал Станислав. – Я предпочел бы, чтобы ты чувствовал себя спокойным и счастливым.

– Это не от меня зависит, – буркнул приятель.

– Но и не от моей команды, – твердо сказал капитан, давая понять, что нового спора об уместности в ней Дэна не допустит. – А – не обижайся! – от хорошего психоаналитика.

– И ты туда же… – с досадой проворчал Вадим.

– Что, тебя к нему уже посылали?

– Да ходил я к штатному психологу, раз пять! – отмахнулся приятель. – Никакого проку с этой говорильни, только время потерял, пока понял, как ему отвечать, чтобы справку о допуске к работе выдал.

– Я сказал: сходи к хорошему психоаналитику, а не к штатному. И не для отмазки, а чтобы действительно подлечиться. Хочешь, попрошу Веньку, чтобы поискал по знакомым? Врачебные связи круче мафиозных! – Станислав улыбнулся, призывая Вадима оценить шутку, но тщетно – тот ее даже не заметил.

– Схожу, – неубедительно пообещал он. – Как-нибудь. Пусть лучше он мне каких-нибудь пилюль даст, а то что-то в последнее время со сном нелады – полночи заснуть не могу, а утром еле глаза продираю, и снится хренотень всякая.

Станислав понял, что дальнейшие уговоры Вадима только разозлят. Лучше вернуться к этой теме попозже, чтобы приятель постепенно привык к мысли: сходить все-таки надо.

* * *

Когда капитан возвратился в пультогостиную, посуду со стола уже убрали, но команда никуда не разошлась. Тед, отставив свой стул на пару метров, громко, с надрывом читал с планшета, зверски подыгрывая лицом:

– «…вибропила с чавканьем вгрызлась в дряблую плоть.

В лицо ему полетели ошметки и брызги, но он не ощутил их, завороженный: из располовиненного черепа полезли зеленые тентакли, усеянные шипами и глазами. «Она не человек!!!» – с содроганием осознал он, слабея коленями, и взмахнул пилой раз и другой…»

Полина рыдала, уткнувшись в плечо Дэну (Станислав сильно сомневался, что от сострадания). Киборг слушал напарника с исключительно сосредоточенным лицом (видимо, просчитывая варианты собственных действий в подобной ситуации), Вениамин – с брезгливо заинтригованным, и даже Михалыч зачарованно приоткрыл занавешенный усами рот.

Теодор вызывающе покосился на Станислава – мол, добросовестно выполняю ваш приказ! – и продолжил, погромче и повыразительнее:

– «…обезглавленное тело повалилось навзничь, дрыгая когтистыми лапами. Кровь хлынула, как из опрокинутого ведра. Родион попятился, тяжело дыша.