Было у отца три сына

Или она всю эту ахинею заранее придумала? Потому что правдой тут было только мое имя. Озерный край? Ну, наше скромное поместье находится всего в десяти лигах от границы фешенебельного Озерного края. Благородный Кристофер – не мой дед, а очень-очень дальний родственник. Он действительно был рыцарем и даже бравым, но героем битв его не назначали. А «ореховая битва» – так в шутку называют состязания на неделе пивоваров. Там к пиву подают соленые орешки. А вот изумрудный дол и серебристая заводь действительно существуют.

С той лишь разницей, что это всего лишь луг и небольшая запруда, расположенные на крохотных охотничьих угодьях, прилегающих к нашему поместью.

Но, красиво звучит, согласитесь?

Принц проводил меня к столу. И я сразу отметила обиженные взгляды молодых девиц, которых только вывели в свет, и откровенно враждебные взоры их матушек и тетушек. Кажется, в это мгновение на меня посыпалась целая вереница проклятий. Спасибо, няня! Как удобно мне будет проводить расследование в замке, вся женская половина которого мечтает, чтобы я окривела или облысела…

А Ричард тем временем забрался на трибуну и смиренно встал за спиной брата.

Рядом же с Томасом стояла его миловидная невеста, которая по-прежнему ни на секунду не переставала жеманничать.

Остальные члены королевской семьи расположились поодаль. Король Генрих все-таки где-то посеял свою корону (я вообще удивляюсь, как она так долго держалась набекрень?) и теперь сидел на троне прямо с ногами, и что-то чертил на салфетке.

Его младший сын расположился на полу, скрестив ноги, и разглядывал помост, на котором стояли братья, широко распахнутыми глазами. Мадам Бригитта устроилась во главе ближайшего к трону стола и величественно отдавала какие-то приказания сидящему рядом королевскому советнику.

И тут Томас заговорил:

– Жители подлунного королевства! Я спешу сообщить вам радостную весть! Мы заключили торговый союз с восточным султанатом! Теперь, на наших рынках, наконец, появятся восточные ковры, пряности, масла и благовония!

Зал разразился аплодисментами, правда, исключительно со стороны женской половины.

Мужская явно недоумевала, кое-кто даже застыл с поднесенной к зубам куриной ножкой и, нахмурившись, пытался сообразить, чего это все хлопают.

Самая бурная реакция последовала со стороны тетки Томаса.