Ева и Адам

– Ева, познакомься, это Данте – хозяин ресторана и по совместительству лучший в мире повар, в чем ты сегодня непременно убедишься!

Адам еще не успел закончить фразу, как Данте уже сжал Еву в крепких объятиях, радуясь ей как родной. Затем он с суетливостью радушного хозяина проводил гостей на террасу, с которой открывался великолепный вид на Оку, и приказал кому-то из официантов принести коктейль и легкие закуски. Он пояснил, что к вечеру обслуживающего персонала прибавится, и гости не будут обделены вниманием.

Данте уселся на деревянную скамейку рядом с Адамом, обвив его шею мясистой волосатой рукой, и принялся расспрашивать приятеля о последних новостях – судя по их разговору, мужчины давно не виделись, и оба были рады встрече. Сбивчивая речь Данте пестрела шутками и прибаутками, периодически он обращался к Еве с пояснениями по той или иной теме. Адам довольно улыбался. Сама Ева наслаждалась непринужденной беседой двух товарищей, потрясающим видом, солнышком, ласкающим ее голые колени, и с завидной периодичностью ловила на себе довольный взгляд Адама.

Испытывая какое-то небывалое удовлетворение от происходящего, Ева мысленно хвалила себя за способность иногда отключать мозг и не анализировать свои поступки, которые она совершает, следуя душевному порыву. Пытаясь понять, что именно так приятно будоражит ее душу, она осознала: их с Адамом все воспринимали как пару, и именно эта мысль ласкала ее сознание. Ей вдруг показалось, что рядом с ним она не стремилась бы к свободе и независимости, за которые яростно боролась, будучи со Стасом.

Она бы покорилась ему и считала бы себя в высшей степени счастливой. Оказывается, дело вовсе не в ней, не в ее свободолюбии, а в Стасе, который так и не пробудил в ней таких простых женских желаний – быть за мужчиной, чуть позади него, но в то же время всегда рядом, в том самом уютном тылу, про который говорила ей Нина. Ева в оцепенении от столь внезапного и пугающего озарения посмотрела на Адама. Она другая. Она может быть настоящей женщиной, может быть любящей, счастливой. Что больше пугало ее – внезапность этого открытия или то, что она обязана им человеку, с которым она знакома, по сути, всего лишь несколько часов? Ева понятия не имела, чем закончится этот день и что будет завтра, но одно решение уже успело пустить ветвистые корни в ее сознание: она не выйдет за Стаса.

– Ева? – прорвался откуда-то издалека голос Адама.