Да, нет, возможно

Начнем с того, как я опрокинул целый стол с едой и бутылками воды. А я, конечно же, именно это и сделал. И все еще ужасно чувствую себя, потому что предложил ее подбросить. Мы ведь, считай, совершенно посторонние люди. Но она ведь сказала маме, что чувствует себя как на привязи. Нельзя же было просто взять и уйти.

Однако оказалось, поездке со мной она предпочитает сидение на привязи.

Знаю, нет смысла беспокоиться о том, что она подумает обо мне, о нашей штаб-квартире или обо всем остальном. Она, может быть, и не придет вовсе.

Я впервые оказался здесь одновременно с группой настоящих волонтеров. У меня отлично получается приходить в штаб в те часы, когда здесь дежурят только Гейб и Ханна – и иногда Элисон, их старший стажер. Да и агитаторы обычно начинают свою работу в главном офисе в Данвуди. Однако сегодня здесь собралось человек двенадцать: в основном друзья Ханны по колледжу, к которым присоединились доброжелательная темнокожая дама с глубокими ямочками на щеках и две белые женщины средних лет.

На шеях у них шарфы, в ушах и на пальцах – массивные украшения. Конечно, дюжина волонтеров – это не слишком много, если мыслить глобально, но места в пристройке настолько мало, что мы занимаем все пространство до самых картонных коробок и уличных плакатов у стены. У всех в руках конверты из тонкой бумаги. Элисон раздала их всем прямо на входе, но больше пока ничего не произошло, хотя мы уже на несколько минут отстаем от графика.

Я снова бросаю косой взгляд на дверь.

Майи не видно.

Хотя странно было бы считать, будто она опаздывает, поскольку Гейб тоже пока не появился. И уж простите, но, если он так и не придет, я умываю руки.

Стоит мне подумать об этом, как из боковой двери появляется Гейб. На нем ослепительно белая футболка с логотипом избирательной кампании Россума на груди. Взгромоздившись на пластиковую табуретку, он прикладывает руки ко рту, как раструб громкоговорителя.

– Все и каждый, приветствую вас на инструктаже для волонтеров! – говорит он.

 – Пошумите, если готовы к в Россумительному дню. Сороковой округ сегодня ждет отличная агитация, и я невероятно этому рад.

Он вскидывает в воздух сжатый кулак.

Знаете, бывает, что самый старый и кринжовый из ваших учителей вдруг решает завоевать расположение класса, используя сленговые словечки, которые он нагуглил на перемене? Так вот то, что Гейбу всего двадцать три, делает ситуацию только хуже.