Оборотни клана Морруа

Глубоко вдохнула, пытаясь обрести хоть капельку спокойствия. В нос снова ударил уже знакомый чарующий аромат, от интенсивности которого дрожь волной побежала по телу.

Открыв дверь, я уставилась в необъятную мужскую грудь в черной рубашке, шею, закрытую черным шелковым платком. Удивленно задрав голову, я в упор посмотрела в лицо обладателю широкой и мощной груди. Высоченный, не меньше двух метров, потому что макушкой я еле-еле достаю ему до ключиц. Черные блестящие волосы и такие же черные глаза, идеальные дуги бровей.

Нос с горбинкой и тонкие, но четко очерченные жесткие губы, которые вряд ли когда-нибудь улыбались. Твердый, синеватый от щетины подбородок, выдающий упрямый и волевой характер своего обладателя. Лицо не красавчика, но весьма привлекательного мужчины, если бы не одно «но»!

Вся правая сторона его лица покрыта шрамами. Похоже, это следы ожогов. Они захватили часть лба, уничтожив половину правой брови и волосы на виске. Поврежденный внешний угол правого глаза скашивает идеальный разрез и уродует веко.

Практически вся щека и часть подбородка обезображены сморщившейся обожженной кожей, частично закрытой платком. Невольно опустив глаза, я увидела, что руки незнакомца тоже повреждены. Правую полностью покрывают глубокие рубцы, а на левой пострадала ладонь и большой палец.

Я даже в страшном сне не могла представить, какую боль мог испытывать этот мужчина, когда получил страшные увечья. Снова задрав голову, неожиданно для самой себя спросила по-французски:

– Месье, разве у оборотней могут быть шрамы? Я думала, все само собой заживает или восстанавливается.

Усмешка коснулась его глаз, но не лица, когда он решил ответить:

– Могут, если нанести их серебром до полового созревания, пока не прошло объединение.

От мысли, что эти повреждения он получил, будучи мальчиком, я содрогнулась:

– Боже, как такую боль можно было вынести, да еще в детстве?

Мужчина, медленно подняв руку, мягко коснулся моей щеки – странное тепло растеклось по моему телу.

Снова раздался его глубокий рычащий бас:

– Поверь мне, девочка, физическая боль – это еще не самое страшное в нашей жизни!

Запоминающийся голос! Да, не удивительно при таком объеме грудной клетки.

Внимательно посмотрела на него и вдруг осознала, что пару минут назад боялась толпы оборотней за дверью, а сейчас стою наедине с одним из них и спокойно задаю глупые вопросы. Нервно сглотнув, отступила на пару шагов и уперлась в кровать. Судорожно оглянулась, прошла к креслу.