Операция: «Украсть душу»

Я обнимала ее, успокаивающе похлопывала по спине и с натянутой, извиняющейся улыбкой смотрела на мужчин, которые подозрительно рассматривали меня. Живую!

Вот так вот и встречают героев, совершивших подвиг во благо остальных.

– Все, смертей больше не будет! – торжественно пообещала я, считая, что подарила всем надежду.

– Ты добилась своего и больше не будешь никого убивать? – неожиданно мрачно спросил Кроули.

Я испуганно застыла, пару раз моргнула, глядя на капитана, который сжимал в руке нож.

В поисках поддержки огляделась, но все остальные вместе со мной были крайне удивлены обвинением в мой адрес.

– Ты серьезно? – прошептала я, вдруг поняв, как опасно бывает даже среди своих. Среди тех, кто, я думала, поймут и защитят. И тут, словно очнувшись, Улька вскинулась на Кроули:

– С ума сошел? Ты подумал, в чем ее обвинил?

– Как еще понимать ее слова? Она единственная выжила в этой комнате!

Дерек вышел вперед и заслонил меня от коллеги:

– Ее вина в том, что она выжила? Майкл, не глупи.

Мы все на нервах, но не кидаться же друг на друга с ножом. Кстати, я не знал, что у тебя есть оружие.

– Оно есть у многих, просто никто этого не афиширует, – оправдывался капитан.

А я переваривала обвинение в убийствах. И от кого? От своих же! Как обидно и больно.

– У меня нет, – пожал плечами Сандерс.

– У меня тоже, – подхватил за ним Глеб, приобняв Улю, отодвигая ее подальше от недовольного Кроули.

Но подруга завелась и бросилась на мою защиту:

– Охранники недоделанные! Сами-то проспали все! А Ирку чуть не убили, чудом жива осталась.

А вы-ы…

Майкл неожиданно смутился, вон даже скулы покраснели и взгляд отвел. Он тихо принес мне извинения, и я, конечно же, простила, вот только осадочек недоверия в душе остался.

– Майкл прав, я добилась своего – узнала, кто и зачем убивал в этой комнате. К тому же установила контакт с пришельцами.

Эх, жаль, Толика нет, ему бы точно понравилась моя история.

– Ты выяснила, зачем мы здесь? – Глеб заинтересованно смотрел на меня, при этом успокаивающе поглаживал Ульку по макушке.

Мне кажется, Смирнову и в голову не пришло в чем-то меня обвинять или подозревать. Он жаждал услышать подробности и излучал искреннее облегчение, что со мной все в порядке.

Поймав себя на том, что гораздо легче улавливаю чужие эмоциональные вибрации, с горечью хмыкнула. Кажется, связь с Мегамозгом усилила мои эмпатические способности.