Позволь мне согреться

Мамины родители – сильные медиумы, вот уж судьба горько пошутила, столкнув их дорожки, оттого и дар наш наследственный еще больше усилился. Жаль, умерли они давно. Деда убили суеверные деревенские жители; в то время три года подряд стояла засуха, начался голод и падеж скота, все свалили на проклятых медиумов. Бабушка поставила на ноги дочь, выдала ее замуж, а затем быстро угасла. Она морально и физически устала от своей тяжкой доли, ей больше не за чем было оставаться на белом свете.

– Очень жаль, – вторил моим думам Мидель.

Я невольно поморщилась: ага, знаю эти привилегии, аж сто артанов за каторжный труд в сыскном департаменте.

– Чтобы дать эти привилегии, медиумов еще умудриться отыскать надо, – печально усмехнулся Андре Леш.

– Через пару лет академия Аэрты уже подготовит парочку выпускников медиумов, третьей и даже пятой категории, – повел плечами Мидель.

Понятно, почему со мной молча подписали контракт с собственноручно выставленными «грабительскими» условиями. Выходит, даже в столице нет выпускников! Это значит, что мне еще пару лет придется работать за троих. Эх, похоже, продешевила я, деревенщина, надо было больше просить!

– У вас в академии дере… Дершира есть медиумы? – снова чуть не оплошал Мидель.

– Есть, в нашей академии все есть. В этом году даже откроется кафедра медиумов. Дершир веками принимал у себя беженцев-медиумов, предоставлял нам защиту и кров, когда другие гнали.

Я несколько преувеличила, но надеялась, что лорд-ректор Хельшиг сделает все возможное, чтобы организовать кафедру медиумов и тем самым выделиться среди других академий Ритан-Даго. Дершир действительно гораздо более лояльно относился к носителям моего дара, по крайней мере, не торопился отправлять на костер и на столетие раньше признал важность и полезность медиумов. Жаль только, что большую часть нас к тому времени уничтожили, а оставшиеся в живых отправились искать лучшей доли в другие земли, как можно дальше.

– Полагаю, нам всем пора отдохнуть, завтра предстоит долгая и утомительная дорога. А госпожа Диль сегодня и так пережила сразу несколько сильных потрясений, – тоном, не допускающим возражений, прекратил «застолье» лорд Дагоран, вставая с бревна.

Мужчины дружно поднялись, без пререканий и потягиваясь. Только Мидель был заметно раздражен, неужели из-за того, что не успел выяснить у меня, что хотел.