Половинка

Посмотрев на меня, он неожиданно громко чихнул и под недовольным взглядом его величества сконфуженно вытер нос платком.

– Герцог, обратились бы к целителю, в конце концов, – не без сочувствия посоветовал ему король, поворачиваясь ко мне.

– Доброе утро, ваше величество, – склонилась я. Затем приветствовала вставшего с лавки герцога Ложена: – Ваше сиятельство.

– Доброе утро, ваше высочество, – кивнул король, быстро, тревожно переглянулся с моими сопровождающими и, видимо, узрев хороший знак, успокоился.

 – Почему-то наши спасители задерживаются…

Стоило замечанию сорваться с уст, воздух в центре зала словно загустел, потемнел, завихрился, а потом из воронок начали одна за другой появляться темные фигуры в плащах.

Я невольно шагнула за спину Хортусу, мужчине надежному, смелому и одному из сильнейших магов королевства. Свита сплоченной группой встала вокруг короля.

Семь мужчин, закутанных в черные плащи с глубоко надвинутыми на лица капюшонами, словно живое воплощение самой Тьмы, замерли неровным строем.

Все как на подбор, одного роста. Особенности фигур скрывали плащи, но ширина плеч впечатляющая. Я подметила пока только одну отличительную особенность риирцев – насыщенность черного цвета их плащей имела оттенки.

Его величество прав: рядом с ними жутко. Вон как все люди побледнели.

Риирцы как-то неуловимо, только шлейфы мелькнули, «растеклись», распределились по залу таким образом, чтобы присматривать за каждым магом.

Двое встали рядом с нами. Я с неприкрытым интересом, отчасти перебившим страх перед неведомым, переводила взгляд то на одного, то на другого пришельца, которые, по словам Хейго, принимали «человеческий» вид лишь для продолжения рода и в случае нужды.

Лиц риирцев, скрытых капюшонами и «дымкой», я не могла рассмотреть, но на подсознательном уровне, кожей чувствовала, что меня тоже разглядывают, изучают.

Причем Хейго, с которым мы познакомились, среди этих двоих нет.

– Приветствуем вас, лары! И желаем долгих лет жизни! – обратился к спасителям его величество.

Из середины зала прозвучал знакомый шелестящий голос:

– И вам долгой жизни, всем!

Люди держались настороженно, верно, как и я, боялись раскрыть рот и ждали продолжения от риирцев.